Встреча Дмитрия Медведева с представителями незарегистрированных партий и политиками, которые только хотят создать свои партийные организации, по сути, была декорацией к подписанию закона об упрощении регистрации политических партий.

Президент сообщил, почему считает, что минимальный порог численности в 500 членов для российских партий – это правильно: "Меня убеждали, что нужно поднять количество людей, потому что будут появляться политические маргиналы, карлики. Я считаю, что нам нужно идти нормальной современной дорогой - той, которой идет весь мир. А во всем мире в большинстве государств требование к минимальному количеству членов партий является, по сути, номинальным. Именно поэтому я настаивал на том, чтобы эта цифра была сохранена".

Вторая встреча президента России с "несистемными" политическими силами сильно отличалась от первой – Дмитрий Медведев не сидел со своими собеседниками за одним столом, а, словно подчеркивая дистанцию, выступал с трибуны. Он заявил, что подписал закон, упрощающий регистрацию партий, и отметил, что министерство юстиции России должно избавиться от запретительных подходов. Вообще говорил на этой встрече только сам Дмитрий Медведев, других выступлений не предполагалось. Среди приглашенных и пришедших послушать эту речь были представители 45 партий, в том числе с экзотическими названиями типа "Субтропическая" и "Пираццкая".

[...]

Эксперт Московского Центра Карнеги Николай Петров уверен, что дробление российского партийного поля было идеей "более популярного" члена российского властного тандема:

- Сама политическая реформа, которую Медведев предложил в декабре, на мой взгляд, довольно ущербна. Я думаю, она не просто визирована Путиным, она исходит от него. В этом смысле я не рассчитываю, что что-то изменится с инаугурацией Путина как президента, в том числе и потому, что, мне кажется, суть этой реформы - в этом я вижу главную проблему Кремля и его неадекватность - в том, чтобы создать некую видимость какой-то демократизации, выпустить пар. Дать возможность любым группам людей зарегистрировать себя как политические партии - но при этом ничего не сделать для того, чтобы в стране могла бы постепенно сформироваться реальная, серьезная, сильная партийная система из организаций, которые пользовались бы доверием граждан, которые имели бы какую-то реальную роль в этой самой политической системе...

Николай Петров подчеркивает, что реальные политические партии – это еще и механизм цивилизованной ротации в политической системе, и, если этот механизм отсутствует, насилие в конфликте между властью и теми, кем она правит, становится гораздо более реальным:

- Политические партии должны получить реальную роль в системе. Сейчас этой роли нет даже у "Единой России", не говоря уже обо всех остальных политических партиях. А раз нет этой роли, раз речь идет не о власти, не об ответственности, а о некоем политическом шоу, то мы никогда не уйдем от того, что у нас будет огромное количество пестрых, разнообразных политических структур, но не будет реальной сильной партийной системы. Это особенно опасно в ситуации, когда власти рано или поздно (скорее - рано) придется проводить достаточно болезненные социально-экономические реформы, ведь социальный протест неизбежен. И в отсутствие серьезных сильных партий, пользующихся доверием, в отсутствие политиков, которым люди доверяют, этот протест может приобрести любую форму любого бунта. Он не будет канализован, как это происходило на пике кризиса в развитых европейских странах, в парламентское русло, не приведет к замене менее популярной партии более популярной партией, то есть не приведет к нормальному политическому развитию.

Оригинал интервью