Московский Центр Карнеги
Пока не похоже, что Трампа можно убедить в том, что участие в ядерной сделке с Ираном выгодно для США. Хорошим выходом из ситуации могло бы стать согласование дополнительной договоренности, оставляющей соглашение нетронутым, но регулирующей аспекты, не охваченные текущим соглашением. Тогда Трамп смог бы продемонстрировать миру свой талант переговорщика и предложить Тегерану то, что не смог осуществить Барак Обама, – законодательную отмену санкций вместо их приостановки
США уже столкнулись с ядерным кризисом в случае с Северной Кореей, второй такой кризис им не нужен. Администрация США должна отказаться от своего опасного подхода, начать соблюдать условия соглашения, обеспечить его исполнение в полной мере и разработать вместе с нашими партнерами долгосрочную стратегию для решения иранской проблемы.
Обретение Ираном статуса государства, обладающим ядерным оружием, невозможно, если только он не воспользуется статьей X ДНЯО о праве выхода из договора. Такое решение Ирана должно быть продиктовано исключительными обстоятельствами, которые ставят под угрозу высшие интересы этого государства.
Иранские СМИ, а вслед за ними и западные, и арабские обсуждают, какой президент Ирана более выгоден России. По одной версии, Москве выгоднее изоляция Ирана, чтобы быть единственным союзником Тегерана. Есть и другая позиция – в случае избрания консервативного Раиси Москву будет проще убедить перестать поддерживать иранцев и выступить против них единым фронтом с Саудовской Аравией, Израилем и США
Будь предсказание итогов иранских выборов игрой в казино – на ней разорились бы многие. Положение, в котором находится Рухани, непростое. Но независимо от исхода голосования, в 2017 году иранцы будут выбирать из оттенков только одного цвета – консервативного. В этом смысле не так уж и важно, кто победит. Курс страны все равно останется во многом неизменным
Российско-иранское стратегическое партнерство должно быть основано на прочной и транспарентной инфраструктуре. Развитие связей в таких сферах, как энергетика, транспорт, современные технологии, включая информационные и космические, могут и должны сыграть ключевую роль в формировании новой модели российско-иранских отношений.
Гнев и разочарование иранцев понятны – за последние 40 лет в США не произошло ни одного теракта с участием иранских граждан. Мало того, Иран согласился на атомную сделку и соблюдает ее. Снятие части санкций уже привело к улучшению международных экономических отношений Ирана. Пошел обмен торговыми делегациями, упростились визовые режимы. И вдруг Иран вновь поставили в ряд мировых изгоев
За агрессивным антиамериканизмом и подозрительным отношением к новому президенту США скрывается надежда иранских властей на то, что Трамп поможет им стабилизировать и внутреннюю ситуацию, и отношения с Западом, избежав слишком быстрого и политически опасного открытия страны
Кончина одного из самых влиятельных политиков Ирана, 82-летнего Рафсанджани, – это тревожный сигнал для руководства страны, напоминание о том, что поколение основателей Исламской Республики уходит и нужно озаботиться поиском наследника для верховного лидера
Иранцы ждали от Рухани не просто снятия санкций, а экономического чуда – быстрого развития и процветания. А этого не произошло. Теперь консерваторы все активнее поднимают болезненный для Рухани вопрос, который может лишить его шансов на переизбрание: следует ли считать ядерную сделку достижением, если Тегеран пошел на уступки, а риторика Вашингтона стала жестче?