Падение фондового рынка КНР (c середины июня 2015 г. он упал почти на треть, особенно острым было падение 8 июля, после чего началась коррекция) говорит не о кризисе экономики крупнейшего торгового партнера России, а о критических проблемах в китайской системе принятия решений. И это куда более опасно.

Новости о падении фондового рынка в КНР мировые СМИ сопровождали кадрами, на которых инвесторы хватаются за голову на фоне ползущих по экрану тревожных красных цифр. Картинка должна вызывать понятные эмоции у читателей: на большинстве мировых бирж красный цвет означает падение. Тезис, что "обвал рынка — это начало Великой депрессии по-китайски", находит визуальное подтверждение. Проблема в том, что в КНР работает противоположная цветовая система. Красный, цвет счастья в китайской традиции, означает рост, зеленый — падение. Многие комментаторы понимают природу и значение происходящего на фондовом рынке КНР так же неверно, как цветовые индикаторы.

Ничего, что угрожало бы всей экономике Китая, на отдельно взятом фондовом рынке пока не происходит. Биржа настолько отгорожена от всей остальной финансовой системы, что прыжки индексов не являются отражением фундаментальных процессов. Китайские индексы переживали обвальное падение в 2007-2008 годах (72% за год), а в 2001-2005 годах упали на 55%. Все это время ВВП продолжал расти двузначными темпами. Точно так же отвязано от реальности было и поведение индексов на этот раз. Экономика за год выросла на 7%, а фондовый рынок — на 150%. В чем же дело?

Парадокс объясняется просто. Около 70% акций на биржах КНР — бумаги госкомпаний. Для них акционерный капитал — лишь незначительный источник финансирования, главное значение имеют кредиты "большой четверки" госбанков. Доля акций в свободном обращении — всего 38,5%, тогда как в Нью-Йорке этот показатель составляет 94%. Именно поэтому акции не пользуются популярностью как залог у банков — доля таких кредитов составляет всего 1%. Иными словами, рост или падение котировок мало отражаются на финансовом положении большинства торгуемых компаний — оно находится в руках Компартии.

Фондовый рынок в Китае даже близко не выполняет функции, о которых пишут в учебниках. Больше всего китайская биржа похожа не на рынок, а на казино. Именно так его воспринимает большинство участников. Раз котировки не соотносятся с экономической реальностью, инвесторы просто играют. Лучше всех зарабатывают те, у кого связи с крупье — финансовыми властями. Розничные инвесторы (это примерно 85% операций при свыше 90 млн счетов) не владеют азами финансовой грамотности, зато азартны. И именно они теперь составляют основную проблему для партии: большинство обывателей были подхвачены спекулятивной волной в самый последний момент (в июне открылось 12 млн брокерских счетов), причем многие отправились в биржевое море не на свои, а на заемные.

Как показывает опыт, с этими проблемами партия справится с помощью административных, а в крайнем случае и полицейских мер. Главная проблема в другом. То, что на бирже надувается пузырь, было видно давно, власти ничего не сделали, чтобы сдуть его на ранней стадии. Одна из причин — чрезмерная концентрация полномочий в руках Си Цзиньпина и его ближайших советников, которые должны заниматься всем одновременно. Фондовый рынок, похоже, упустили как проблему меньшую, чем долги местных правительств и верстка плана пятилетки 2016-2021 годов. Начальники же поменьше боялись проявлять инициативу, а некоторые явно подыгрывали рынку. Подобный паралич — опасное явление, которое может привести к куда более серьезным последствиям в случае, если система столкнется с реальным вызовом.

Оригинал статьи