Официальная Москва жестко отреагировала на заявление Вашингтона о возможных терактах в России из-за военной операции в Сирии. «США, по сути, приглашают террористов применить оружие, оказывают им неприкрытую поддержку», — заявил замминистра иностранных дел Сергей Рябков. Он также сказал, что подобные заявления — «политическая низость». 28 сентября, отвечая на вопрос о рисках для России в случае выхода из соглашений по Сирии, официальный представитель Госдепа Джон Кирби сказал, что последствия будут крайне неутешительными. Это, в частности, нападения на российские города со стороны боевиков. Руководитель Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений Алексей Арбатов обсудил тему с ведущим «Коммерсантъ FM» Петром Косенко.

— Это некие угрозы или все-таки дружеское предупреждение? Как это расценивать, если от дипломатической риторики уйти?

— Это никакое не дружеское предупреждение, это глупость и безответственность. Прежде всего, это безответственность, потому что такими словами и предупреждениями в большой политике не играют. Они обязательно воспринимаются как угроза. И даже если это не имелось в виду, а просто было выражение американской обиды на то, что происходит в Сирии, то все равно это совершенно недопустимо. Помимо всего прочего, в этом нет никакой логики, потому что нападение на российских военных в Сирии и нападение на российские города может осуществляться с одинаковым успехом и в условиях перемирия, и вне условий перемирия. Потому что террористические организации не являются стороной этого перемирия, и они могут мстить даже за перемирие. Поэтому здесь нет ни логики, ни здравого смысла, ни политической ответственности.

— Как вы считаете, как эти заявления отразятся на дальнейшем взаимодействии между Москвой и Вашингтоном?

— Они не будут способствовать дальнейшему взаимодействию ни в коей мере, мягко выражаясь.

— Что, на ваш взгляд, сейчас должны сделать как в Москве, так и в Вашингтоне для того, чтобы все-таки перейти к конструктивному дальнейшему диалогу, который, казалось, уже был налажен? Но ряд событий, которые в Сирии произошли, к сожалению, отложили вопрос дальнейших совместных усилий.

— Вашингтон, прежде всего, должен признать, что нынешнее обострение началось с удара американской авиации по сирийским войскам. Что бы ни произошло вслед за этим, кто бы ни атаковал ООНовский конвой, началось с американцев. Они патологически не умеют признать свою вину. Они признают ошибку, что попали не туда, но признать, что они явились причиной этого обострения, они не хотят и не могут. Им гордость это не позволяет сделать. Они должны хотя бы для себя понять, что они сейчас привели к обострению. Никаких ударов по сирийским войскам со стороны США или их союзников и возобновление переговоров сейчас с целью прекращения огня.

Мы должны снова пройти весь этот круг. К сожалению, такие конфликты нельзя решить разовым порядком, одним соглашением. Но те, кто занимается историей, помнят и Вьетнам, и Корейскую войну, и Афганистан, раз за разом по кругу приходится ходить, возвращаясь к исходной точке и снова договариваться. В конечном итоге это приносит успех. Военного решения этой проблемы нет.

— Понятно. Но удастся договориться, как вы считаете? Все-таки мировое общественное мнение, назовем его так, больше на стороне США пока что.

— Да, больше на стороне США, но договориться можно. Я думаю, что должны договориться. Другое дело, хватит ли политической воли для этого. Понимаете, вы спрашиваете о том, что можно сделать. Можно договориться, можно решить эту проблему при всей ее сложности, но будет ли политическая воля, преодолеет ли здравый смысл это позиционирование в качестве державы, которой все позволено, — это главный вопрос. Прогнозировать это трудно, но я очень надеюсь на то, что здравый смысл возьмет верх. И таких глупостей, которые американцы сказали вслед за этим о том, что будет военное решение проблемы, они будут наносить удары по сирийской армии — такие глупости должны быть отставлены в сторону и никогда не повторяться.

— Как вам кажется, можно ждать появления новых игроков на сирийском фронте, какие-то державы, которые могут выступить в качестве некой третьей стороны, что потенциально может исключить дальнейшие конфликты на сирийском фронте между Москвой и Вашингтоном?

— Знаете, приумножение количества игроков, как правило, не облегчает, а усложняет проблему. Но некоторые страны могли бы внести свой небольшой вклад в это дело. Например, Египет. Поэтому это не исключено, но я не ожидаю, что кто-то может заменить или помирить Россию с США или заменить Россию и США — это невозможно, только Россия и США здесь играют главную роль, и от них зависит перспектива разрешения этого конфликта. 

Оригинал интервью