В начале марта глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер призвал страны Евросоюза создать единые европейские войска. По его словам, такая армия помогла бы ЕС «сформировать общую внешнюю политику и политику безопасности, а также вместе нести ответственность Европы за события в мире». Глава Еврокомиссии считает, что таким образом Европа продемонстрирует России серьезное отношение к отстаиванию ценностей Европейского союза.

Предложение Юнкера, по-видимому, обсудят на саммите ЕС в июне. С учетом того, что в ЕС за последние десятилетия уже не раз пытались создать собственные вооруженные силы, прогнозировать, какой будет позиция стран Союза сейчас, крайне сложно. И даже если последует их согласие, то еще труднее оценить насколько реально воплощение в жизнь подобного проекта. Об этом свидетельствует хотя бы последний опыт создания Еврокорпуса, решение о формирования которого было принято в 1992 году. В 1993 году Бельгия, Германия, Испания, Люксембург и Франция такие силы создали в составе 9 бригад из 60 тысяч военнослужащих этих стран. Однако эта попытка по ряду причин закончилась неудачей, как и решение в конце 90-х годов создать Европейские силы быстрого реагирования. В результате были образованы несколько так называемых «боевых групп ЕС» для решения в основном миротворческих задач.

Цели политические

Какими же могут быть задачи единых европейских войск в том случае, если они будут созданы? Некоторые российские эксперты полагают, что они будут представлять собой боевое острие для отражения атак со стороны России, для боевых действий против ИГИЛ, что их будут готовить к так называемым «гибридным войнам» и т. п. Однако такие представления не имеют под собой каких-либо реальных оснований.

Дело в том, что любые современные самостоятельные вооруженные силы для проведения боевых операций должны иметь современную инфраструктуру. Она, в частности, должна включать в себя, помимо солдат, офицеров, генералов, бронетехники, авиации, кораблей, еще космические и авиационные системы оптико-электронной, радиотехнической разведки, системы автоматизированного боевого управления и связи. Без этих систем и средств боевые операции не могут быть эффективными. А ими располагают только США/НАТО. Поэтому «самостоятельными» единые европейские силы могут стать только при выполнении гуманитарных операций.

Версия о подготовке этих сил к так называемым «гибридным войнам» вообще лишена всякого смысла. Прежде всего потому, что само понятие «гибридных войн», под которыми подразумевается совокупность боевых действий регулярных  войск, партизанской войны, действий диверсионных групп, террористов, информационной войны, подрыв экономики и т. п. – это искусственное словообразование. Все эти компоненты присутствовали в традиционных войнах, в том числе во Второй мировой войне и в последующих войнах. В них были все те же составляющие, только из-за развития технологий в современных условиях вклад тех или других из них изменяется.

Таким образом, в качестве самостоятельных вооруженных сил армия Европы действовать не способна, а в качестве придатка к силам НАТО ее вклад оказался бы ничтожным.

Цели экономические

Однако у призыва Юнкера есть не только политическая, но и финансово-экономическая сторона. Разговоры о необходимости собственных вооруженных сил Евросоюза должны заставить страны ЕС обращать больше внимания на проблемы обороны и, как следствие, выделять на их решение больше средств. Оборонное сознание Европы еще несколько лет тому назад находилось на неразличимом уровне и только в последнее время стало приподниматься из-за резкого обострения отношений России и Запада и необходимости противодействовать формированиям типа ИГИЛ.

За безопасность стран Европы отвечает НАТО, в состав которого входят 25 европейских государств (22 страны из ЕС). Основные расходы при этом несут США, а европейские страны НАТО постоянно сокращают оборонные статьи в своих бюджетах, тратя на них менее 2% ВВП (в настоящее время в среднем 1,5%). Глава Европарламента Мартин Шульц утверждал, что если в 2001 году страны ЕС потратили на нужды обороны €251 млрд, то в 2012 - только €190 млрд. О необходимости увеличить военные расходы постоянно заявляет главком НАТО. Требование увеличить военные бюджеты было задекларировано на саммите НАТО в Уэльсе в прошлом году. Об этом же говорил вице-президент США Джо Байден, завершая свое выступление с резкой критикой России на последней Конференции по безопасности в Мюнхене 6-8 февраля.

По данным американских СМИ, в Конгрессе США неофициально рассматривались поправки к Североатлантическому договору, согласно которым США больше не будут считать себя обязанными выполнять гарантии соглашения по безопасности в отношении любой страны-члена, которая тратит менее 2% ВВП на оборону.

Можно предположить, что такая «психологическая атака» принесет свои плоды на фоне нарастающего милитаристского ажиотажа на Западе и в России. Не исключено, что ряд стран-членов НАТО, особенно в Восточной Европе, где в вопросах военной защиты надеются прежде всего на США, решат, что лучше отдавать 2% ВВП для НАТО, чем финансировать какие-то новые вооруженные силы Евросоюза с неясными функциями.