На днях гендиректор «Рособоронэкспорта» впервые официально подтвердил существование контракта на поставку в Китай зенитных ракетных комплексов С-400. Российские СМИ сообщали об этом со ссылкой на анонимные источники еще в ноябре 2014 года. Сам контракт, вероятно, был заключен еще раньше. Временные рамки тут полезно учитывать для того, чтобы оценить вероятные сроки появления таких систем у Китая. Скорее всего, это произойдет примерно в 2016 году. При этом доведение первых дивизионов С-400 до боевой готовности и проведение подтверждающих эту готовность учений с боевыми стрельбами может потребовать еще как минимум нескольких месяцев.

Параллельно с этой сделкой сам Китай все активнее продвигает на внешние рынки собственные зенитные ракетные комплексы большой дальности HQ-9. По пока не вполне подтвержденным данным, помимо победы на тендере на системы ПВО в Турции, впоследствии фактически аннулированной под сильным давлением США (правда, окончательного, формального решения Турция так и не приняла), речь также идет о поставках комплексов HQ-9 в Туркмению и Узбекистан. На этом фоне, естественно, возникают опасения, что китайцы скопируют российские системы и станут для России серьезным конкурентом в сфере поставок ЗРК большой дальности.

Пиратская ПВО

Прежде всего, сама проблема копирования китайцами иностранного оружия часто подается в искаженном и преувеличенном свете. По расхожему заблуждению, китайцы способны скопировать «почти все» и наладить собственное производство по копеечным ценам. Это может быть отчасти правдой для некоторых видов потребительских товаров, но не для вооружения и военной техники.

Преувеличенное представление об успешности китайского копирования связано с особенностями российско-китайского военного сотрудничества, особенно с его избыточным режимом секретности, установленным по настоянию китайской стороны. Появление у Китая системы, внешне напоминающей российский аналог, часто с излишней легкостью и без проверки фактов относят на счет копирования. На самом деле во многих случаях это результат вполне законной покупки лицензий или заказов на НИОКР у российских предприятий оборонной промышленности. В голодные 1990-е – ранние 2000-е эти заказы помогли многим российским предприятиям выжить.

Характерный пример – китайский комплекс HQ-9, который многие называют «китайским С-300» из-за внешнего сходства отдельных его элементов с российскими аналогами. Реальная причина сходства заключается в том, что наземные элементы комплекса были разработаны в России по китайским заказам НИОКР. В остальном комплекс – плод многолетних, начавшихся еще в 1970-е годы китайских экспериментов с твердотопливными зенитными ракетами средней дальности, а также полученных ими по специальным каналам материалов по американскому комплексу Patriot PAC 2.

Таких примеров много, о некоторых совместных проектах 1990-х годов стало известно лишь недавно. Среди них, судя по всему, можно назвать зенитные ракетные комплексы HQ-16, истребители FC-1, боевые отделения боевых машин пехоты WZ-502 и самоходных гаубиц PLZ-05, 120-мм самоходные орудия PLL-05, фрегаты проекта 054 и многие другие образцы вооружения и военной техники.

Разумеется, примеров безлицензионного копирования тоже немало. Но в отличие от легальной передачи технологий на быстрый успех тут обычно рассчитывать не приходится. Некоторые образцы вооружений европейского происхождения, попавшие в руки китайцев в 1980-е годы, были запущены в серию после многолетних усилий лишь в 2000-е годы.

В целом китайская промышленность известна не слишком внимательным отношением к иностранным правам интеллектуальной собственности. С этим сталкиваются все высокотехнологичные компании, ведущие дела в Китае, независимо от гражданства и сектора экономики. Немецкие автокорпорации, французские атомщики или японские станкостроители находятся в том же положении, что и российские поставщики оружия. Опыт показывает, что мало кто из них считает возможным отказаться из-за этого от китайского рынка. Выход тут один – тщательный анализ каждого проекта на предмет рисков.

Морские цели

Предполагать, что китайцы способны в короткие сроки скопировать С-400, – наивно. Эта работа потребует многолетних усилий. При этом российский производитель систем ПВО «Алмаз-Антей» полным ходом ведет работу над системой следующего поколения (С-500), которую предполагается запустить в серийное производство в ближайшие годы. Отказ от поставок С-400 в таких условиях только бы оставил промышленность без очень нужной сейчас экспортной выручки и осложнил климат в стратегически важных отношениях с Китаем, не дав ничего взамен.

Вопрос о военно-политических последствиях поставки С-400 не менее интересен, чем технические аспекты проекта. Одна из важных особенностей комплекса по сравнению с его предшественниками – это возросшая дальность обнаружения целей и возросшая максимальная дальность стрельбы при применении недавно завершившей испытания «дальней» ракеты. Дальность комплекса, по заявлениям российских военных, может составлять 400 км. Это означает кардинальное изменение правил игры в двух потенциальных горячих точках с участием Китая – на Тайване и вокруг островов Сенкаку.

С дальностью 400 км комплексы будут в состоянии контролировать все воздушное пространство над этими районами с огневых позиций на материке – в китайских провинциях Фуцзянь и Шаньдун соответственно. Если для Японии задача защиты островов просто существенно осложнится, то для Тайваня ситуация в военном отношении начнет выглядеть безнадежной – Китай будет иметь шанс расстреливать тайваньские истребители сразу после взлета с безопасных позиций на материке.

В силу этого вопрос о поставках этого комплекса Китаю был предметом пристального внимания со стороны США и их союзников на Тихом океане. Хотя развертывание С-400 в Китае существенно усложнит для американцев обстановку в регионе, сделка как таковая не является результатом украинского кризиса и нового витка противостояния Москвы и Вашингтона. Переговоры по ней начались еще в начале 2010-х годов, задолго до нынешнего кризиса. Можно лишь предположить, что начало «второй холодной войны» несколько ускорило российско-китайские переговоры. Вероятно, позитивный опыт эксплуатации первой партии комплексов может привести к дополнительным закупкам С-400 в России или наращиванию активности в совместной разработке систем ПВО.

Василий Кашин – эксперт Центра анализа стратегий и технологий, специалист по китайскому ВПК