Мировая реакция, особенно на Западе, на несостоявшийся переворот в Турции оказалась смешанной, даже растерянной. С одной стороны, Эрдоган с его диктаторскими поползновениями мало у кого вызывает симпатию. С другой – поощрять военный переворот, тем более в важной стране НАТО, которая находится на передовой борьбы с ИГИЛ (запрещено в РФ), не придет в голову даже самым решительным ястребам. Да и турецкие события не укладываются в стройный газетный сюжет «свободолюбивый народ против коварного тирана», с которым было куда проще во время «арабской весны» и украинского Майдана. Турецкий народ как раз поддержал Эрдогана и массово вышел под пули путчистов защищать демократию. Поэтому лидеры западных стран единогласно попытку переворота осудили, но в газетных колонках осуждают новую волну репрессий и обсуждают опасность, которую политическая нестабильность в Турции несет всему НАТО.

Путч, который лопнул

Немало удивления вызвала неслаженность действий заговорщиков, которая и привела к молниеносному провалу. Исследовательская группа Bellingcat проанализировала переговоры путчистов в приложении WhatsApp (телефон был изъят у одного из участников заговора, судьба которого неизвестна) и выяснила, что переворот был до комичности дезорганизован. В разгар боевых действий участники продолжали выяснять телефоны друг друга, не могли договориться, какие ключевые точки брать первыми, быстро потеряли инициативу, не заручились заранее поддержкой других частей армии и силовых структур. Это ключевой момент, который позволил их противникам утверждать, что переворот устроила не вся армия, а лишь несколько предателей из младших чинов. В чате WhatsApp, проанализированном Bellingcat, лишь двое из участников в чине бригадного генерала, остальные – майоры и лейтенанты, максимум полковники. 

Вопиющий непрофессионализм (особенно по меркам предыдущих переворотов) заговорщиков породил немало конспирологических версий в том духе, что Эрдоган сам все подстроил, чтобы провести очередную чистку в рядах армии. Колумнист англоязычного издания о ближневосточной политике Al-Monitor, ветеран турецкой журналистики Дженгиз Чандар перечисляет оставшиеся без ответов вопросы о самых сомнительных ходах путчистов: почему заговорщики не убили или хотя бы не задержали первым делом президента Эрдогана, хотя его местоположение было прекрасно известно (он проводил отпуск на Средиземноморском побережье)? Это же азбучные истины любого переворота – задержать руководство страны, захватить национальные телеканалы, показать в прямом эфире плененного национального лидера.

Но вместо этого путчисты, пишет Чандар, сумели захватить редакцию всего одного телеканала, государственного TNT, с наименьшим охватом аудитории. Поэтому медиаинициативу тут же перехватил сам Эрдоган, который вышел с обращением к нации через приложение FaceTime в эфире турецкой версии CNN. В отличие от самого заговора ответ на него был немедленным и жестким, что позволило Эрдогану выступить в роли героя и спасителя нации.

Завершает Чандар замечанием, что всех, кто называет произошедшее победой, одержанной народом над «кучкой предателей», должно возмутить само предположение, что заговор на самом деле был фальшивым, что его на самом деле устроил сам Эрдоган. Но пока ответов на вопросы не появилось, количество подобных теорий заговора будет лишь увеличиваться. 

Глубина государства

Джон Шиндлер, бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США, пишет в журнале New York Observer, что идея заговора для имитации заговора может показаться дикой западным наблюдателям, но не самим туркам. В конце концов, именно Турция подарила миру термин «глубокое государство» – предположительно могущественная группа, которая состоит из высокопоставленных военных, высших чинов госбезопасности и даже мафии, которая якобы на самом деле управляет государством из тени. Каждая заинтересованная группа в Турции – левые, курды, исламисты, антиклерикалы – считают, что «глубокое государство» действует в первую очередь против них. В свою очередь Эрдоган и его союзники «глубоким государством» считают движение Гюлена.

Турецкая политика, пишет Шиндлер, полна самых невероятных сюжетов, в которых реальные заговоры подчас невозможно отделить от заговоров об их инсценировке. Если Эрдоган действительно пошел ва-банк, – его готовность на крайние риски показывает прошлогодний конфликт с Россией, – то турецкий псевдопереворот можно сравнить с «ночью длинных ножей», когда Гитлер использовал якобы готовящийся путч для радикальной очистки нацистских рядов. Движение Гюлена, напоминающее секту, позволило Эрдогану и его партии занять руководящие позиции, но теперь представляет для правящей Партии справедливости и развития серьезную угрозу. Зачистить армию от оставшихся там светских элементов вполне в интересах Эрдогана. Но НАТО, заключает Шиндлер, не может проигнорировать происходящее в Турции и должно действовать стремительно. 

New York Times отмечает то, как иронична роль, которую сыграли в подавлении переворота турецкие СМИ и социальные сети – те самые, работу которых режим Эрдогана последовательно ограничивает и ставит под государственный контроль. Примечательно, пишут авторы, что к нации Эрдоган обратился не в эфире государственного телевидения, а через приложение FaceTime с мобильного телефона.

Благодаря несостоявшемуся перевороту, пишет колумнист немецкой Die Zeit, Эрдоган теперь обладает не только формальным мандатом лидера партии, получившей большинство на выборах, но и поддержкой улицы – толпы, которая вышла по его призыву под пули заговорщиков. 

Крах гуманизма

С тем, что заговор стал весьма удобным и своевременным поводом для Эрдогана укрепить свою власть, соглашается и Washington Post, которая назвала массовые чистки в Турции «собственным политическим переворотом» Эрдогана. В передовице газеты со ссылкой на источники в Турции утверждается, что под репрессии попали не только последователи Гюлена, но и вообще любые диссиденты, представители национальных меньшинств и светские либералы. Существенная опасность, которую упоминает Washington Post, – попытка Эрдогана втянуть в закручивание гаек своих союзников по НАТО. Эрдоган уже потребовал от США выдать Гюлена – между двумя странами есть соглашение об экстрадиции, и Барак Обама через пресс-секретаря Белого дома заявил, что «Соединенные Штаты не поддерживают лиц, устраивающих заговоры для свержения демократически избранных правительств». Тут у Эрдогана есть немало инструментов давления, в том числе авиабаза Инджирлик, основной плацдарм сил коалиции в операциях против ИГИЛ. Поддаваться такому давлению, по мнению Washington Post, означает для США потерять лицо.

Правда, «не подыгрывать диктаторским замашкам Эрдогана» – это не то чтобы безусловный консенсус. Один из старейших экспертных центров в США, Brookings Institution, пишет, что расследование деятельности гюленистов было бы в интересах и США: это помогло бы успокоить паранойю Анкары о роли США в попытке переворота, да и угроза одному из членов НАТО должна расцениваться как угроза всему альянсу.  

Убедительный аргумент против выдачи Гюлена – сомнительные успехи Турции в деле защиты прав человека. Поэтому США могут смело отвечать на запрос об экстрадиции тем, что не уверены в надлежащей судебной процедуре. В Independent вышла колонка сотрудницы британской благотворительной организации против пыток Freedom from Torture, и ее свидетельства наверняка еще будут использованы западными дипломатами в качестве повода публично осудить чистки и не выдавать противников эрдогановского режима. Тем более что Турция уже объявила, что готова не только денонсировать Европейскую конвенцию по правам человека, но и раздумывает о восстановлении смертной казни (несмотря на то что это означает окончательный отказ от евроинтеграции).

Впрочем, и без денонсации конвенции Турция не то чтобы досконально следует букве и духу этих соглашений. Как пишет автор колонки в Independent, Турция уверенно держится в первой десятке стран, откуда к ним поступают жертвы самых изощренных пыток. Не добавляют оптимизма и кадры с задержанными путчистами, явно сильно избитыми. Об атмосфере в Турции можно судить и по напоминающей «Правду» 1935 года колонке главного редактора консервативной проэрдогановской газеты Yeni Safak, которая буквально обещает «Гюлену и его террористам», что они «утонут в этой крови». 

Самый мрачный вывод из турецкого недопереворота делает канадская Globe and Mail. Зарубежный корреспондент газеты выстраивает в одну линию все трагические, неожиданные и пугающие события последних месяцев, в том числе беспорядки в Турции: волны беженцев в Европе, расстрелы полицейских в США, подъем правых популистов, выход Британии из Евросоюза, возможную победу Дональда Трампа. Все это кажется случайными, хаотическими всплесками, пишет автор колонки, но и избиратели, проголосовавшие за Brexit, и турки, вышедшие на центральные площади рукоплескать чрезвычайному положению, руководствовались одним мотивом: их не устраивает сложившаяся система.

За Brexit голосовали люди из небольших английских городов, ставших жертвой глобализации; избиратели Эрдогана – бедные, консервативные жители турецкой провинции, как и сам Эрдоган, недовольные светской властью. Не прямо, но словами эксперта автор называет эти массы недовольных «критической массой неудачников», которые ищут поддержки в своих «племенных союзах». Миропорядок разваливается – и поиск исторических аналогий не приводит ни к чему хорошему, потому что заканчивает автор еще одним экспертным комментарием, на этот раз от автора книги о Первой мировой: «Мы знаем, что дела могут пойти плохо крайне быстро. Европе понадобилось всего пять недель летом 1914 года, чтобы перейти от вполне устойчивого мира к войне всех против всех. Если дела опять пойдут плохо, мы будем вспоминать это время как момент, который привел к большому разладу». 

следующего автора:
  • Алексей Ковалев