Еще месяц назад среди экспертов было распространено мнение, что для победы на предстоящих выборах Клинтон необходимо прежде всего отмобилизовать ядерный электорат своей партии и группы, входившие в коалицию Обамы в 2008 и 2012 годах, – женщин, латиноамериканцев и молодежь. Мол, никак нельзя игнорировать движение Берни Сандерса – молодые, прогрессивные, левые демократы на протяжении месяцев держали кампанию сенатора от Вермонта на плаву. Именно их должна уважить Хиллари при выборе своего партнера по управлению страной. Без них, мол, демократам никак.

В качестве таких либеральных партнеров, способных усилить Хиллари слева, рассматривались сам сенатор Сандерс, Лиз Уоррен, икона прогрессивных демократов, а также сенаторы от Огайо и Нью-Джерси Шеррод Браун и Кори Букер. Сандерс начал свою революцию; Уоррен в свое время активно поддержала Occupy Wall Street и боролась против корпораций; Браун считается одним из самых либеральных конгрессменов США, а Букер отличается молодостью и темным цветом кожи. 

Главным недостатком этой теории было то, что реверансы влево не позволили бы Хиллари сместиться в центр, сделали бы ее заложником либерального крыла партии, которое и так уже за последние месяцы изрядно помотало ей нервы. Еще беспокоило то, что Сандерс слишком харизматичен, а Уоррен в качестве номера два размывала бы историческую заслугу Хиллари как первой женщины-кандидата на столь высокий пост. Однако и отрываться от ядерного электората Клинтон, конечно, не хотелось. 

Помог Хиллари с выбором Дональд Трамп. Назвав Майка Пенса своим вице-президентом, он просигнализировал, что за центр бороться не будет, сосредоточит свои усилия на мобилизации консервативного электората и тихого большинства – прежде всего сердитых белых мужчин. 

Видимо, в этот момент Хиллари окончательно склонилась к кандидатуре Тима Кейна. Консервативная республиканская пара политиков будет вызывать у либералов достаточно страха, чтобы поддержать Хиллари и ее вице-президента, кем бы он ни был. А выбирать надо именно центриста, чтобы он помог ей привлечь голоса неопределившихся избирателей. Белых мужчин. Южан. Может быть, даже умеренных республиканцев, которые разочарованы Трампом и его командой. 

Кейн именно такой. Южный демократ, который начал свою карьеру с женитьбы на дочке губернатора штата – республиканца. Кейн отработал мэром столицы Вирджинии, затем избрался губернатором и стал первым главой штата, поддержавшим в кампании 2007/08 года не Клинтон, а Обаму. В 2008 году тот рассматривал Кейна в числе трех кандидатов на позицию вице-президента, но выбрал Байдена – в том числе из-за его опыта в международных отношениях. После непродолжительного пребывания во главе Демократической партии, которую он возглавил по предложению Обамы, Кейн вернулся на выборную должность и последние три с половиной года работает в Сенате США. Получается, что он, как и Пенс, имеет опыт работы в исполнительной, законодательной власти и в руководстве партии. 

Кейн – убежденный католик, при этом умеющий разделять личную и политическую позиции. Так, например, он лично против абортов, но считает, что политики не имеют права законодательно регулировать право женщины распоряжаться своим телом. Он выступает за существенные ограничения права носить оружие, хотя эти ограничения затронут и его как владельца оружия. Как губернатор штата Кейн присутствовал на приведении смертных приговоров в исполнение, хотя лично он против смертной казни. 

Такой подход позволяет причислить его к почти вымершему классу южных консервативных либералов. Вроде Картера, который в 1976 году избрался в президенты, одержав победу во всех штатах бывшей Конфедерации, кроме Вирджинии. Четырьмя годами позже Рейган воззвал к новым правым и перетянул социальных консерваторов на себя, после чего демократам уже не удавалось выиграть юг. Может быть, Кейн станет ключом к югу, дополнительным аргументом в пользу демократов и Хиллари для мужчин-центристов. В особенности для южан из его практически родной Вирджинии и соседней Северной Каролины, избиратели которых с 1964 года лишь дважды голосовали за демократов на президентских выборах. При этом разрыв между Обамой и Ромни на выборах 2012 года в этих штатах составил менее четырех процентов. 

Католицизм Кейна может также сыграть некоторую роль в ряде важных штатов, таких как Пенсильвания и Висконсин. В них значительная доля населения (около трети) – это католики, но в основном белые католики, которые обычно в большей пропорции голосуют за республиканцев. Впрочем, в этот раз, учитывая неочевидную религиозность Дональда Трампа, демократы наверняка постараются отвоевать себе часть католического электората.

При этом умеренно центристские позиции Кейна дополняются одной замечательной для кандидата в вице-президенты США особенностью – в молодости он провел год в Гондурасе с католической миссией, где выучил испанский язык. На этом языке он и представлял иммиграционную реформу в Сенате, став первым конгрессменом, зачитавшим в Сенате свое выступление не на английском языке. Это очень важно для латиноамериканского электората, который в этом году составляет около 14% населения и который испуган постоянными выпадами со стороны Трампа. Ромни в 2012 году получил 27% голосов латиноамериканцев, однако Трамп может получить гораздо меньше, что может стать критическим для итогов голосования, например, во Флориде. А без Флориды шансы Трампа на победу очень низкие.

Еще один важный момент: Кейн явно не является харизматичным оратором, но большая часть его коллег соглашается в том, что он очень жизнерадостный и позитивный человек. В ситуации, когда оба кандидата в президенты обладают высоким негативным рейтингом, именно через вице-президента происходит смягчение этого негатива. Кейн очень подходит для этой роли, и уже в первом его выступлении в новом качестве в Майами в прошлую субботу он говорил очень человечно, называя Хиллари своим духовным другом и подтверждая, что они оба разделяют принцип «делай столько добра, сколько можешь». 

Духовная дружба – хорошее высказывание для предвыборного митинга, но действительно важно, когда между партнерами в гонке за Белый дом есть взаимопонимание и готовность работать вместе. Вся Америка наблюдала, как Трамп странно выбрал и представил своего вице-президента, которого он по сути не знал еще несколько месяцев назад. Клинтон и Кейн знакомы давно, и, по свидетельству людей, имевших отношение к отбору вице-президента, Хиллари не исключала его из списка и часто возвращалась к обсуждению его кандидатуры. Ей понятно, как с ним работать, – как в ходе кампании, так и в процессе управления страной. 

Опытный, но человечный, либерал, но центрист, с ценностями, но за право выбора – именно таким предстал Тим Кейн на съезде партии в среду. Его выступление не было ни яростным, как речь Джо Байдена; ни ироничным и полным выпадов в сторону Трампа, как воззвание Майкла Блумберга; ни харизматичным и президентским, как слово Обамы. Это было мягкое увещевание умеренным республиканцам. Например, Кейн напомнил всем слова Барбары Буш, супруги президента Буша-старшего, что она никогда не проголосует за Трампа после всех его слов про женщин. В другой момент своей речи он обратился к республиканцам, сказав, что, раз партии Линкольна (частое самоназвание республиканцев) больше не существует, они могут обрести ее в Демократической партии. 

Именно выступление Кейна продемонстрировало всю политическую ловкость демократов с точки зрения организации съезда. Первый день был рискованной игрой, когда часть делегатов покинула зал в знак протеста, а председатель съезда была вынуждена подать в отставку из-за скандала с утечкой почты. Однако в результате демократы получили не съезд активистов партии, способных увести ее влево, а площадку для разговора с разными избирателями. Выступления, обращенные к ядерному электорату, обязательно перемежались с речами, призванными убедить проголосовать за демократов тех, кто ранее не собирался делать этого. 

Это крайне амбициозная стратегия, как и обещание Хиллари Клинтон вести кампанию не только в так называемых неопределившихся, спорных штатах, где они с Трампом идут нос к носу, но во всех 50 штатах Америки. Однако эта амбиция в случае успешной реализации может позволить Хиллари Клинтон не просто выиграть, но победить с большим перевесом и получить мандат на проведение сложных реформ; стать не президентом либералов, но президентом всех американцев.

следующего автора:
  • Павел Демидов