Ярославль слывет вольным городом со времен первых, еще советских, но уже относительно свободных выборов. Еще в горбачевскую перестройку, в 1989–1990 годах здесь выбирали областных и городских депутатов – активных сторонников опального тогда Бориса Ельцина, а первому секретарю обкома КПСС не дали возглавить новый центр местной власти – областной совет народных депутатов. Ярославль был одним из регионов, где в перестройку существовал свой Народный фронт, на который вынуждена была оглядываться местная партийная и советская верхушка.

Как ни странно, 1990-е и нулевые годы стали для Ярославля периодом относительного электорального успокоения. Политически нейтральные губернатор Анатолий Лисицын и мэр Виктор Волончунас правили 15 и 20 лет соответственно.

Первый серьезный электоральный сбой случился в 2007 году, когда ярославцы дали «Единой России» один из самых низких результатов на парламентских выборах. За провал практически мгновенно лишился губернаторского поста Анатолий Лисицын. В вину главе региона, по некоторым сведениям, поставили слабое использование и низкую эффективность административного ресурса. К слову, Лисицын и по сей день сохраняет хорошие рейтинговые позиции и место сенатора в Совете Федерации.

История повторилась спустя пять лет. Разбился на взлете самолет с любимой ярославцами хоккейной командой «Локомотив», его обломки уничтожили рейтинг партии власти. На выборах 2011 года в Госдуму «Единая Россия» в Ярославской области получила 29% – меньше, чем в любом другом российском регионе.

Но настоящая электоральная катастрофа ждала власти в 2012 году. Сбивший на своей машине пешехода бессменный градоначальник Виктор Волончунас решил не испытывать судьбу и не выдвигаться на очередной срок. В этой ситуации мастер закулисных комбинаций губернатор Сергей Вахруков предложил экспериментальный вариант. Игнорируя итоги праймериз «Единой России», он выдвинул в мэры местного олигарха-единоросса Якова Якушева. Бизнесмен (владелец лакокрасочного производства), меценат и медиамагнат, по утверждениям его же коллег, значительную часть времени проводил не в родном городе, а за границей – впрочем, это обычный для того времени образ жизни крупного бизнесмена.

Несмотря на активное продавливание во всех местных СМИ, Яков Семенович вызвал аллергию у политических элит региона и раздражение у избирателей. У конкурирующих бизнес-групп и работавших с ними политтехнологов были свои кандидаты, которым участвовать в выборах не дали. Группировки обиделись.

В этой ситуации все обойденные и оппозиционные силы поставили на независимого кандидата Евгения Урлашова. На тот момент он был рядовым муниципальным депутатом, управленческого опыта не имел, при этом был одержим мэрскими амбициями. Заручившись поддержкой таких разных партий, как КПРФ, «Яблоко», «Справедливая Россия», а также отдельных, но влиятельных политиков демократического образа мыслей, Урлашову оставалось решить один, но немаловажный вопрос – где достать финансирование для полноценной предвыборной кампании. Как утверждают знатоки ярославской политической жизни, на помощь Урлашову пришел Михаил Прохоров (он и сам тогда баллотировался на пост президента России). Ситуация можно прочесть и наоборот. Областное руководство, видя, что легкой победы на выборах мэра ждать не приходится, попыталось противопоставить растущей популярности Урлашова одного из крупнейших местных предпринимателей, но его веса не хватило в ситуации, когда все партии, кроме ЕР, сплотились вокруг протестного кандидата.

Выборы мэра Ярославля прошли в 2012 году одновременно с президентскими. Независимый кандидат Евгений Урлашов получил почти 70% голосов, оставив единоросса Якушева далеко позади. Владимир Путин тогда получил в Ярославле чуть больше 50% голосов. Для местной элиты это было фиаско, но Москва не позволила отменить результаты выборов, хотя при желании можно было найти сотню формальных нарушений. Федералы не могли поставить под сомнение проходившее одновременно голосование за президента.

В администрации президента предпочли найти виновных. В отставку отправили губернатора Сергея Вахрукова. Так или иначе, мэрская кампания в Ярославле наглядно продемонстрировала – независимый и оппозиционный кандидат победить в принципе может. Слагаемые успеха – объединение и поддержка всех оппозиционных сил плюс наличие финансовой базы кампании и, конечно, харизма самого кандидата.

Участники тех событий утверждают, что за деньгами на мэрскую кампанию к Прохорову ездил сподвижник и правая рука Урлашова – политтехнолог Алексей Лопатин. Советник мэра и сейчас вместе с шефом оказался на скамье подсудимых: суд назначил ему семь лет лишения свободы за посредничество в покушении на получение взятки. В Ярославле распространено мнение, что деньги в 2013 году Урлашов и Лопатин действительно брали, но не в карман себе, а на предвыборную агитацию. 

Урлашов и Лопатин были арестованы в июле 2013 года на старте предвыборной кампании в Ярославскую областную думу. Мэр Ярославля возглавлял список партии «Гражданская платформа» и, по мнению социологов, не без оснований мог рассчитывать на большинство в областном парламенте, по крайней мере в коалиции с другими оппозиционными партиями. А там и до губернаторского кресла рукой подать.

Возвращаясь в 2012 год, стоит отметить, что избранный мэр Евгений Урлашов был демонстративно открыт, к нему можно было подойти на улице, все знали номер его телефона. Хотя некоторые личные качества молодого мэра раздражали и обывателей, и правящий класс. Душа нараспашку, мэр мог лихо отплясывать лезгинку в кабаке, мог и заехать оппоненту в глаз (многие в городе помнят его потасовку на банкете с коллегой по муниципалитету из «Единой России» Юрием Матвеевым). Вступив в должность градоначальника, Урлашов уволил практически всю городскую администрацию, поменял глав муниципальных учреждений, тем самым умножив недовольство в старой элите.

Здесь необходимо понимать, что Урлашов – это не Ширшина из Петрозаводска, или Локоть из Новосибирска, и даже не Ройзман. Мэр Ярославля последовательно и радикально выступал против «Единой России», требовал пересмотра межбюджетных отношений с центром, политических оппонентов на дебатах бил (на сей раз словесно), что называется, наотмашь. При этом если по степени радикализма взглядов Урлашов и глава Екатеринбурга Евгений Ройзман близки, то полномочия у ярославского мэра были вполне осязаемы, а не эфемерны, как у уральского коллеги.

Даже критики ярославского мэра признают, что именно он с первых шагов запустил процесс восстановления парков и скверов, масштабный ремонт дорог. Этот процесс продолжается и по сей день. Из электоральных опасений единороссы не решаются откровенно понизить планку, заданную осужденным оппонентом.

Закатали Урлашова тоже на дорожной теме. Масштабный ремонт дорог был гордостью нового мэра (хотя часть из них уже разрушились). Строили их подрядчики, доставшиеся по наследству от ведавшего хозяйством в прежней мэрии Сергея Ястребова, ставшего в том же 2012 году губернатором Ярославской области. Вагинак Погосян, Эдуард Авдалян и примкнувший к ним единоросс Сергей Шмелев (двое последних заявили на следствии, что давали мэру откаты). В истории муниципального контракта на ремонт и содержание дорог в 2013 году сошлись несколько линий. Как следует из распечаток телефонных переговоров, представленных в суде над Урлашовым (а всех действующих лиц записывали беспрерывно месяцами), за конкурсом следили не только в мэрии, но и в администрации области.

Именно после этого тендера мэр Урлашов и его помощники были арестованы по обвинению в коррупции. Самого мэра с поличным никто не задерживал, но дело происходило накануне выборов, предвыборное возбуждение вылилось на центральные площади, горожане говорили,  что «дело заказное, политическое», «берут все, а арестовали только оппозиционного градоначальника».

Сразу после ареста началась зачистка региональной политики. До выборов в областной парламент не допустили список партии «Гражданская платформа» с Урлашовым во главе, его сподвижники лишились административного и медиаресурса. Началась и чистка мэрии, от выборов отступился видный сподвижник Урлашова – директор местного рекламного агентства Владимир Кузьмин, контролировавший значительную часть рынка наружной рекламы в городе, а генеральный директор городского телеканала и политконсультант мэра Николай Дейнеко покинул должность. С ними и многими другими продолжались следственные действия.

Ярославский избиратель на фоне такого разгрома впал в апатию. Выборы сентября 2013 года прошли при низкой явке и позволили «ЕР» занять сорок из пятидесяти мест в облдуме.

Но и в этой ситуации Ярославль не утратил окончательно звание столицы демократии. Свои 5% и место в заксобрании получил приехавший в Ярославль после ареста Урлашова Борис Немцов. Он выступал на многочисленных уличных акциях, а став депутатом, принялся разоблачать коррупцию вокруг губернатора Ястребова. Так возник скандал с закупками медикаментов, где переплелись интересы замгубернатора Александра Сенина и его жены-бизнесмена, – скандал, завершившийся отставкой Сенина. Вскоре Немцов подобрался к теме подмосковной недвижимости семьи ярославского губернатора. Выстрелы на Большом Москворецком мосту 27 февраля 2015 года остановили эти разоблачения. 

Выборы в Ярославле всегда были головной болью для федеральной власти и ее местных представителей. Означает ли приговор Евгению Урлашову конец электорального непослушания в Ярославле? Похоже, что в Кремле решили не дожидаться сентябрьских выборов и сменить губернатора не после них, а до. Смену непопулярного и слабого Сергея Ястребова на близкого президенту генерала из Москвы некоторые эксперты расценивают как своего рода игру на опережение. А выборов мэра областного центра по новому законодательству в Ярославле больше не будет. Сити-менеджера назначат по согласованию между главой региона и депутатами муниципалитета.

Проявить свою региональную идентичность ярославскому избирателю останется только лишь на выборах губернатора через год. Федеральная власть выдвинула на эту должность выходца из ФСО Дмитрия Миронова. В Ярославле уже шутят, что сити-менеджером областного центра он назначит своего охранника.

следующего автора:
  • Виктор Сысоев