Всемирная история отравлений пополнилась новым гротескным эпизодом: один из ближайших сподвижников патриарха Грузинской православной церкви Илии II, завхоз патриархии, протоиерей Георгий Мамаладзе арестован по подозрению в попытке отравить главу ГПЦ, которому в январе исполнилось 84 года. Во время обыска в тбилисском аэропорту у протоиерея нашли цианистый калий. А направлялся он в Германию, где на днях патриарх Илия перенес операцию.

Вельзевул в женском обличье

Позднее выяснилось, что отец Георгий Мамаладзе в течение нескольких недель пытался достать именно цианистый калий и обратился с соответствующей просьбой к своему родственнику – журналисту Ираклию Мамаладзе. Тот испугался, тайно записал откровения протоиерея, в которых священник подробно обосновывал необходимость отравления, а затем отнес запись в прокуратуру.

Дело сразу было взято под контроль высшим руководством: премьер Георгий Квирикашвили отправил в Германию офицеров личной охраны, а спецслужбы установили за протоиереем Мамаладзе слежку и арестовали его при попытке вылететь в Германию с цианистым калием.

Георгий Мамаладзе во время церковной службы. Фото: скриншот выпуска новостей телеканала «Настоящее время»/youtube.comКазалось бы, дело хоть и потрясающее, но по уголовной сути своей простое и ясное. Но тут вмешалась «большая политика»: родственники Мамаладзе сообщили об аресте оппозиционной телекомпании «Рустави-2», принадлежащей друзьям экс-президента Саакашвили, и те начали развивать версию, что власти выдумали историю с отравлением, чтобы не дать протоиерею Мамаладзе, богобоязненному христианину и верному клирику церкви, сказать грузинскому обществу правду о страшной коррупции в патриархии. В подтверждение они приводят письмо протоиерея Мамаладзе (очевидно, написанное еще до ареста), в котором тот действительно рассказывает об ужасающей коррупции, о превращении патриархии ГПЦ в бизнес-корпорацию, об алчности владык и безграничном влиянии на церковь секретарши патриарха Шорены Тетруашвили.

По словам арестованного протоиерея, госпожа Тетруашвили, служащая патриарху с 1981 года, обладает в Грузинской православной церкви огромной властью, решает вопросы рукоположения епископов, распределяет колоссальные финансовые ресурсы, оказавшиеся в распоряжении церкви за последние годы, и способна «казнить и миловать» от имени патриарха. Собственно, из-за нее протоиерей и вознамерился отравить патриарха Илию – таким образом он хотел освободить и церковь, и патриарха от темных чар госпожи Тетруашвили.

Подтвердить или опровергнуть эту версию невозможно, поскольку грузинская прокуратура пока отказывается публиковать главное доказательство – ту самую видеозапись откровений протоиерея во время переговоров о покупке цианистого калия. Причина отказа понятна: видео может нанести еще больший вред авторитету Грузинской православной церкви и патриарха Илии, поскольку в попытке обосновать свое решение Георгий Мамаладзе не стесняется в выражениях, невзирая на лица и сан.

От Латерани к Мцхете

Чем не сюжет из истории Византии эпохи Романа II или Константина Багрядородного? Но главное в этой истории вовсе не инцидент с цианистым калием. В конце концов, по всем признакам очевидно, что тут мы имеем дело с клиническим случаем, когда верующие говорят, что в человека вселился дьявол, а миряне – что он попросту спятил. Иначе трудно объяснить попытку пересечь границу с цианистым калием и убить VIP-пациента в одной из лучших немецких клиник с видеокамерами и охраной.

Гораздо более существенно тут то, что этот инцидент сделал публичным глубокий нравственный кризис, который переживает Грузинская православная церковь. И этот кризис совсем не ограничивается безумной попыткой отравить патриарха.

Арест протоиерея привел к тому, что на грузинское общество обрушился настоящий вал сообщений о самых разных злоупотреблениях в ГПЦ. В прямом эфире выступил митрополит чкондидский владыка Петр, подробно рассказав о всепроникающей коррупции в церкви. Письмо арестованного протоиерея широко обсуждают и священники, и миряне, которых больше не сдерживает внутренняя цензура, боязнь покусится на святая святых и самый влиятельный общественный институт Грузии.

Активно и публично начали обсуждать то, что раньше лишь изредка и робко просачивалось в грузинские СМИ в виде слухов. Что в патриархии ГПЦ – серьезные проблемы. Что некоторые владыки превратились в лидеров бизнес-кланов, а их родственники разъезжают по Европе, одеваются в Милане и наслаждаются скоростью «феррари» на парижских улицах, не помышляя о спасении души.

Они могут такое себе позволить благодаря многомиллионной ренте и налоговым льготам, которые ГПЦ получила от государства на основе конкордата, заключенного в 2002 году в церковной столице Грузии Мцхете, древнем соборе Светицховели, где, согласно церковному преданию, покоится предсмертное одеяние Христа. По сути, этим соглашением в Грузии узаконена и документально закреплена ситуация, во многом похожая на российскую, – церковь стала не просто общественным, но и государственным институтом, источником легитимации власти и политических элит.

Православный конкордат кардинально отличается от католического: если Латеранские соглашения 1929 года в конечном итоге привели к реальному разделению государства и церкви в Италии, то Мцхетский конкордат 2002 года в Грузии, наоборот, закончился слиянием церкви с государством, а в некоторых отношениях даже доминированием церкви. В отличие от Муссолини, президент Шеварднадзе не мог сказать «нет» растущим притязаниям патриархии.

Рента финансовая и нравственная

Грузинское государство ежегодно платит патриархии ГПЦ (в отличие от других традиционных конфессий Грузии) десятки миллионов лари. Еще сотни миллионов зарабатываются благодаря налоговым льготам. А за последние 10–15 лет церковь безвозмездно получила от государства около 1700 гектаров земли, превратившись в крупнейшего латифундиста.

Сотням глубоко верующих батюшек, которых с божьей помощью по-прежнему много в православной Грузии, все труднее ответить на робкие вопросы паствы о роскошных автомобилях, на которых разъезжают владыки, и о похождениях их родни, которая ни в чем себе не отказывает на непонятно откуда взявшиеся доходы. Грузия страна маленькая, и здесь роскошную жизнь священников скрыть гораздо труднее, чем в огромной России.

Основная причина кризиса православной церкви что в третьем Риме, что во «втором Иерусалиме», как грузинские националисты часто называют Тбилиси – Мцхету, одна и та же: в обеих странах церковь и государство по-прежнему пытаются выстраивать свои взаимоотношения по средневековой модели. Но общество кардинально изменилось с тех времен, когда границы церкви и государства были трудно различимы.

Такое слияние и наделение церкви глубоко архаичными функциями приводит к гниению, разрастающемуся по всему государственному организму, а затем и к неминуемому взрыву, который подрывает безусловно существующие, никогда никем не отменявшиеся и жизненно необходимые нравственные устои общества.

Скандал в ГПЦ лишь начал развиваться. Пока неясно, какие показания даст прокуратуре арестованный протоиерей, кого еще арестуют по делу о цианиде. Окажутся ли другие высшие иерархи ГПЦ напрямую втянутыми в этот скандал. Пока в отставку подали лишь начальник личной охраны патриарха и его пресс-секретарь. Последний – отец Микаэль Ботковели – перед уходом произнес загадочную фразу: «Я устал от всего... не могу больше... не осталось никаких эмоций».

Пока трудно сказать, какие конкретные решения примут грузинские власти в ответ на этот скандал и как произошедшее повлияет на отношения церкви и государства. Никто не поддержал предложение либеральной Республиканской партии прекратить госфинансирование ГПЦ. Но и арестованный протоиерей пока еще не начал давать показания о растратах в патриархии.

Однако один итог уже очевиден: православная церковь в Грузии утратила свою традиционную сакральную неприкосновенность – теперь ее можно обсуждать не только на кухнях, но и открыто в СМИ, на ток-шоу, не сдерживая себя в выражениях и невзирая на сан. И эта отмена негласного табу в конечном счете может быть важнее, чем изъятие из проекта госбюджета пункта о церковных субсидиях.