Чтобы понять нынешние тенденции в отношениях между США и Европой, нужно представлять себе те основы — постепенно исчезающие на наших глазах, — на которых эти отношения строились на протяжении более чем шести десятилетий. В конце 1940-х — начале 1950-х годов Америка, победившая во Второй мировой войне, и (Западная) Европа, разоренная той войной и экономически, и морально, заключили Великую трансатлантическую сделку. Это неформальное, нигде не записанное соглашение определяло разделение труда между партнерами по обе стороны Атлантики и основывалось на широко распространенном, общем понимании требований текущего момента. По сути, эта «сделка» позволила европейцам в условиях быстрого раскручивания холодной войны переложить заботу о своей безопасности на Соединенные Штаты — как сказали бы теперь, передать ее США «на аутсорсинг». Иными словами, защиту континентальной Европы от советской угрозы европейцы почти полностью передоверили США, оставив на свою долю лишь минимальный военный вклад. Это позволило им сосредоточить силы на восстановлении своего разрушенного войной континента, смягчить остроту противоречий, грозивших дестабилизировать национальные сообщества, и приступить к процессу политического исцеления и интеграции, который со временем должен был обеспечить в Европе мир и процветание. В обмен на услуги в области обороны Америка практически становилась европейской державой и, таким образом, впервые в своей истории, глобальным гегемоном. Кроме того, Соединенные Штаты получили право вето в вопросах европейской политики. Будучи главной силой в НАТО и главным учредителем трансатлантической сделки, они также получили решающий голос во всех крупных геополитических решениях, принимаемых европейцами.

В целом эта сделка была чрезвычайно выгодна всем сторонам-участницам. Америка выполняла в Европе роль благожелательного лидера и наращивала мощную «мягкую силу», а западные европейцы имели возможность заниматься, по существу, лишь внутренними проблемами, поскольку столь необходимая Европе внешняя стабильность обеспечивалась американцами. В годы холодной войны европейцы могли позволить себе уделять относительно небольшое внимание вопросам безопасности и обороны. Если бы не гарантии безопасности со стороны США, им пришлось бы тратить на оборону во много раз больше. А так они могли вкладывать эти деньги в развитие экономики, повышение эффективности управления и построение щедрых систем социального обеспечения, что в целом обеспечило Западной Европе беспрецедентное процветание и социально-политическую стабильность.

Залогом прочности этого трансатлантического «пакта» была внешняя угроза, исходящая от глобального конкурента — коммунистической системы СССР и его вынужденных союзников по Варшавскому договору. После окончания холодной войны и распада Советского Союза пакт остался в силе, поскольку американцев и европейцев объединяло стремление содействовать трансформации стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), с тем чтобы теперь и они тоже могли воспользоваться преимуществами, которые обеспечивала Великая трансатлантическая сделка. Сегодня оба эти фактора утратили свое значение, однако устранение системного конфликта между Западным миром и советским блоком не привело к столь желанному «новому мировому порядку» (по выражению Джорджа Буша-старшего), регулируемому международными организациями, в частности Организацией Объединенных Наций. Вместо этого возник практически нерегулируемый мир, испытывающий острую потребность в механизмах, с помощью которых сильные государства и нации могли бы поддерживать стабильность. Сначала участники трансатлантической сделки попытались просто перенести в эту новую ситуацию старую, испытанную модель «разделения труда». Это означало, что основные усилия по поддержанию стабильности в мире — как дипломатические, так и военные — по-прежнему возлагались на США, а участие европейцев в этом процессе оставалось незначительным и эпизодическим. Такой расклад, в общем и целом, сработал в Кувейте, в Северной Корее, на Ближнем Востоке, на Балканах и в Афганистане, но не в Ираке, поскольку в этом случае многие давние союзники Америки не поверили в необходимость вмешательства и отказались в нем участвовать. …