Вряд ли стоит удивляться тому, что к двадцатилетию событий 1989-го книжная полка, и так уже стонущая под тяжестью томов, посвященных этому году, которым, по сути, закончился короткий ХХ век, пополнилась новыми работами. Точнее, если расширить понятие «1989-й», включив в него объединение Германии и распад Советского Союза в 1990—1991-м, следует говорить о трех годах, завершивших ХХ столетие. Появились и ретроспективные журналистские хроники, полные ярких личных впечатлений и поразительных деталей (Виктор Шебештьен, Дьёрдь Далош, Майкл Майер и Мишель Мейер), и смелые попытки по-новому интерпретировать исторические события (Стивен Коткин и Константин Плешаков), и настоящие академические работы, основанные на архивных источниках и устных рассказах (Мэри Элиз Саротт и книга под редакцией Джеффри Энджела). Здесь у меня нет возможности проанализировать каждую из перечисленных работ в отдельности. В большинстве своем они добавляют кое-какие подробности к тому, что нам уже известно, но некоторые все же открывают много нового. Не надо воспринимать мои слова как критику кого-либо из этих авторов, но я мечтаю еще об одной книге: о глобальной, обобщенной истории 1989 года, которую только предстоит написать. ...