Московский Центр Карнеги
Ядерная программа с прицелом на ядерное оружие была «священной коровой» для Ирана. Отказ от нее означает, что, возможно, в Иране решили «переступить» санкции и стать нормальной страной. Если это так, то перемены затронут не только Иран, но весь регион и мусульманский мир; однако Россия будет нужна Ирану все меньше.
ФСБ закрыла въезд в РФ на пять лет cамому пророссийскому иностранному бизнесмену — Сеппо Ремесу. Для экономики это странное событие, однако инвестиционный климат в РФ сегодня формируется силовиками и их «экономическим» мышлением, типичным для сталинского периода. С их точки зрения деятельность нормального инвестора — шпионаж.
Скандал вокруг постановки оперы «Тангейзер» и увольнение директора Новосибирского театра оперы и балета демонстрируют: власть опять отождествляет себя со страной и считает, что может цензурировать искусство.
В стране наступила эпоха «новой нормальности»: вместо осознания суровых реалий все считают, что кризис не страшен, а рецессия скоро закончится. Теперь доминирующая стратегия у россиян — лояльность; ее «моральная правота» подкрепляется консолидационной изоляционистской идеологией. Но люди не осознают, что сейчас — только начало кризиса, который еще даже толком не изучен.
России стоит отбросить лишние амбиции и войти в китайский проект возрождения Шелкового пути на ранней стадии, выторговав для себя максимально выгодные условия участия.
На Западе считают, что если продолжать давить на Россию, то это заставит Владимира Путина пойти на уступки. На самом деле это предположение, лежащее в основе западного подхода к России, очень далеко от истины. Вследствие санкций россияне, наоборот, даже еще больше сплачиваются вокруг власти.
Именно сейчас, на пике обострения военно-политической обстановки, президентам России и США было бы целесообразно одновременно принять согласованные решения об отказе от принципов нанесения ответно-встречных ударов на основании информации от систем предупреждения, а также о непроведении тренировок стратегических ядерных сил с целью нанесения таких ударов.
Власть оказалась заложником собственной пропаганды и порожденных ею ожиданий.
Присутствие и влияние «Исламского государства» в хаосе гражданской войны, охватившей Ливию после свержения Каддафи, становятся все заметнее: эта организация вмешалась в и без того беспорядочный конфликт между соперничающими группировками, проводящими друг против друга операции под названиями «Достоинство» и «Рассвет».
Став премьером, Гарри Ли развивал страну так, как английский администратор — колонию. Отсюда и жестокость, и эффективность многих методов.
В российском исламе идут интеграционные процессы, но все равно ислам в РФ не един, и у него не может быть единого лидера. Государство при этом хочет полной лояльности мусульманского сообщества, но этого добиться невозможно; и власть все-таки постепенно осознает тот факт, что от давления надо переходить к диалогу — даже с инакомыслящими.
Смерть Бориса Немцова стала типичным и повторяющимся в деталях «чисто российским убийством» отечественного либерала, имеющим параллели, к примеру, в истории России начала XX века.
Несмотря на призывы к созданию собственной армии ЕС, европейцы не должны питать иллюзий: в сфере безопасности они зависят от Вашингтона, и эта зависимость сохранится и в будущем.
Бряцание ядерным оружием накачивает дополнительными идеологическими стероидами «чувство великой державы», на котором держится харизма Владимира Путина. Но, хотя заявления Путина рассчитаны скорее на внутреннюю, чем на внешнюю аудиторию, эффект вольно или невольно достигнут — угроза ядерной войны вернулась.
Евросоюз не смог принять решение о продлении антироссийских санкций, и это — успех российской дипломатии: со странами, которые высказались против продления, шла серьезная работа. Продление санкций могло бы застопорить мирный процесс на Украине или даже привести к возобновлению боевых действий.
Глава МИДа Германии начал серьезный пересмотр внешней политики страны, который в итоге должен привить немецкой дипломатии по-настоящему новую культуру стратегического мышления
Итоги завершившейся на днях сессии Всекитайского собрания народных представителей стали отражением сложностей, с которыми сталкивается председатель КНР Си Цзиньпин. Проводить нужные, но болезненные преобразования он вынужден в условиях падения темпов роста и сопротивления со стороны партийной олигархии. Исход борьбы пока не предрешен.
Инициатива Ирины Яровой по выплате пенсий гражданам-информаторам — один из промежуточных результатов деградации политической системы, растущей агрессии и недоверия в обществе, а также сталинизации массового сознания.
Саудовская Аравия заявила, что может отказаться от безъядерного статуса. Однако это может произойти только в том случае, если о создании ядерного оружия объявит Иран — или если станет известно, что он собирается это сделать в ближайшем будущем.
Украинский кризис поставил точку в проекте «встраивания России в Запад». Причины новой «холодной войны» носят фундаментальный характер и не могут быть быстро и безболезненно устранены, что предвещает длительное противостояние.