Московский Центр Карнеги
Нобелевский комитет подрывает свою кредитоспособность, авансом вручая Премию мира действующим политикам, в которых потом приходится разочаровываться, или же давая эту премию организациям, тем самым обезличивая ее. Награждение Нобелевской премией мира Организации по запрещению химического оружия также является некорректным: ее миссия в Сирии только началась.
Огромное пространство России находится в «полуразорванном» состоянии. Регионы живут отдельно от столицы; общей российской идентичности практически нет. Необходимо сформировать общий для всех частей РФ — взаимовыгодный, с учетом экономических интересов и политических претензий — путь развития, иначе страну ждет разброд.
Южная Корея приняла решение о несоответствии необходимым требованиям многоцелевого истребителя F-15SE компании Boeing. Это решение открывает возможности для Lockheed Martin и ее истребителя F-35A.
Сегодня и Россия, и ЕС находятся в той фазе, когда выстраивание приоритетов внутреннего развития и определение своей роли в системе международных отношений более важно и актуально, нежели задача объединения.
Вероятность успешного сотрудничества между РФ и США по вопросу американской программы «Неядерный быстрый глобальный удар» (НБГУ) выше, чем по системе ПРО, поскольку НБГУ все еще находится на этапе НИОКР. Однако это окно возможностей не останется открытым вечно.
Армения будет вынуждена маневрировать между Россией и ЕС: она должна будет учитывать интересы России и российские амбиции, но в то же время помнить, что без сближения с ЕС она не сможет существовать.
На юбилейном заседании Валдайского клуба обсуждались три острые актуальные темы: недавно прошедшие в России выборы, коррупция и Сирия. Апофеозом должно было стать выступление Путина, но, кажется, «триумфального бенефиса» не получилось.
Правление Ангелы Меркель, судя по всему, означает остановку в жизни Германии, связанную с отсутствием новой политической элиты и лидеров, готовых к новой ответственности. Но рано или поздно Германии придется начать движение, и вряд ли его сможет начать сама Меркель.
Российская помощь Афганистану в сфере поставок и ремонта вертолетов, а также подготовки соответствующих специалистов является одним из примеров значимого вклада РФ в укрепление безопасности в Афганистане.
Новый закон о РАН не имеет никакого отношения к наболевшим проблемам российской науки: он призван только подчинить науку чиновникам и отнять у РАН собственность. Видимо, придется ждать результатов воплощения реформы, чтобы после этого начать исправлять ошибки. Однако удастся ли тогда восполнить нанесенный ущерб — неизвестно.
Суть «Валдайской доктрины» Путина — отторжение и сдерживание Запада как совокупности либерально-демократических норм внутри России и как западных внешнеполитических интересов — вне России. Цель Путина — «государство-цивилизация», построенное на традиционных ценностях. Стержень этого «государства-цивилизации» — самодержавие.
На роль главного оппонента США сегодня выдвигается не Китай, а Россия. Китай сосредоточен на самом себе, в то время как Россия сохранила глобальное мышление и добивается, казалось бы, невозможного: установления равноправных отношений при явном неравенстве мощи.
Реакция в США на статью Владимира Путина в The New York Times, варьировавшая от гнева до насмешек, показывает, насколько сильно большая часть западной политической элиты заблуждается в отношении России. В большинстве своем американцы отвергли аргументацию Путина. Путин, возможно, заслуживает такого отношения во многих сферах, но только не в этом случае.
Договоренность по Сирии — это несомненный успех российской дипломатии. Когда Обама оказался во внутриполитическом тупике, Россия предложила ему возможность, не теряя лица, выйти из этого тупика.
В связи с сирийским кризисом возникает большая благоприятная возможность. Если международному сообществу удастся обезвредить арсенал химических вооружений Сирии и этот успех будет признан, позитивные последствия такого развития событий будут ощущаться не только на Ближнем Востоке, но и далеко за его пределами.
Тот факт, что удар по Сирии отложен, налагает на Россию возросшую ответственность за поведение своего стратегического партнера — Асада, поскольку если Асад вновь поведет себя нечестно, Москва уже не сможет его защищать. Также теперь появилась возможность вернуться к идее конференции «Женева-2».
Ситуация в Сирии далека от мира: в ближайшее время не стоит ожидать ни политического урегулирования, ни военного решения конфликта. Однако, может быть, договоренность по проблеме химического оружия и успешное разрешение данной проблемы позволят постепенно улучшить положение дел.
В ходе нынешней войны в Сирии Иран остается твердым сторонником режима Башара Асада и вряд ли откажется от своей позиции в будущем. Необычайная прочность иранско-сирийского альянса еще больше поражает, если учесть, что в его основе не лежит совпадение национальных интересов или общие религиозные ценности: речь идет скорее о тактическо-стратегическом партнерстве двух авторитарных режимов.
Идея о передаче сирийского химического оружия под международный контроль дает шанс предотвратить американский авиационный удар по Сирии, а также позволяет России и США наконец-то найти точки соприкосновения.
США не хотят влезать в новую войну и сами предложили отказаться от военной операции, если Сирия передаст мировому сообществу контроль над химическим оружием. Однако если в Сирии всерьез начнется данный процесс, то это в значительной степени будет легитимизацией режима Башара Асада, потому что никто, кроме него, не может содействовать в этом вопросе.