Московский Центр Карнеги
Японское «Видение Индо-Тихоокеанского региона» – это инициатива, альтернативная китайскому «Поясу и Пути». Но это еще не означает, что она – скрытая попытка создать в Азии военный блок под руководством США. Скорее главная цель «Видения» для Японии – укрепить международный порядок, основанный на правилах, которые бы распространялись на все страны региона и ограничивали односторонние действия и Китая, и США
Президентская форма правления показала свою неспособность бороться с проблемами Турции. Улучшений в экономике нет, международные дела буксуют, общество все больше раскалывается и поляризуется. Значит, пришло время переосмыслить систему власти
Фукуямовский «последний человек», расслабленно вкушавший плоды глобализации и либерализации, оказался неспособным не то что справиться с вызовами национализма, традиционализма, консерватизма, а просто заметить их. Именно потому, что считал себя «последним», венцом «конца истории». А между тем в той самой статье 1989 года Фукуяма, надо отдать ему должное, предупреждал о двух рисках для триумфального шествия либерализма – национализме и религии
Недоверчивые и авторитарные режимы России и Белоруссии не способны делиться властью. Максимум, что могут сделать стороны, не изменяя своим суверенным интересам, – это начать чуть плотнее координировать друг с другом решения в разных сферах экономики. Например, согласовать единую цель по темпу инфляции. Если очень нужно, это тоже можно назвать интеграцией
Планы Владимира Зеленского съехать с Банковой улицы в Киеве — это больше, чем просто перемена адреса.
Гонконгский мятеж вряд ли решит проблемы, которые копились в городе годами, но может изменить цифры в уравнении пекинского руководства, стремящегося максимально гомогенизировать страну. Желание сохранить Гонконг в качестве офшорного финансового центра и витрины модели «одна страна – две системы», скорее всего, окажется сильнее желания утвердить власть, но в долгосрочной перспективе Гонконг ждет будущее просто еще одного важного китайского города с необычной историей
Евросоюз переходит на охранительные позиции. Это не изоляционизм, а прагматизм, который означает пересмотр идейной базы и резкое снижение желания проецировать силу, в том числе и мягкую. Для отношений России с ЕС это означает, что им предстоит период, когда любого рода амбиции становятся неактуальными, а доминировать будет стремление сократить издержки и риски
Каждый шаг любого государственного менеджера, в том числе и министров экономического блока правительства, окружен частоколом KPI, на выполнение которых они часто просто не в силах повлиять
Зеленский пытается найти баланс во взрывоопасном вопросе Донбасса. Во время визитов в Европу он осторожно придерживался прежней внешнеполитической линии, призывая европейских лидеров продолжать санкционное давление на Россию. Но внутри страны он более открыт к компромиссам и пытается найти себе союзников среди старых олигархов, заинтересованных в прекращении военного конфликта
Богатое правоохранительное прошлое семьи Калиматовых содержит некоторые намеки на новую политическую логику Кремля на Северном Кавказе. Здесь важно, что в интересы силовиков не входит рост влияния руководства Чечни в других частях Северного Кавказа, хотя в момент отставки Евкурова об этом росте много рассуждали на том основании, что его отношения с Рамзаном Кадыровым складывались непросто
Оба бывших президента – типичные клановые лидеры с заметным количеством сторонников. Оба наглядно показывают, насколько непростым и рискованным занятием по-прежнему остается процесс передачи власти на постсоветском пространстве
В беседах с журналистами и Трамп, и другие участники переговоров гораздо меньше говорили о ядерном разоружении Северной Кореи. Скорее всего, эта смена акцентов отражает то, что и сам Трамп, и часть его окружения осознали, что ядерное разоружение Северной Кореи недостижимо и в создавшейся ситуации нужно договариваться не о ликвидации северокорейского ядерного потенциала, а о взятии ее ядерной программы под контроль
Политика Вашингтона в отношении Москвы определяется не в Белом доме, а в Конгрессе, и Трамп бессилен ее корректировать. Смысл встречаться, однако, есть. Главным пунктом повестки дня отношений России и США уже пять лет является предотвращение случайного вооруженного столкновения между двумя странами, способного привести к ядерной войне
Для Беглова есть простой и прямой путь к победе: скучная кампания, усыпляющий поток позитивных новостей, низкая явка и мобилизация управляемого электората. Но вдоль этого пути стоят искусители, понимающие, что на таких выборах ни денег, ни влияния им не заработать. И предлагают дополнить базовую кампанию разными красивыми опциями. В свое время Полтавченко счастливо избежал таких искушений, а вот Беглову это не удалось
После многочисленных неудачных попыток создать партнерские отношения с Россией настало время оставить эту идею. Вместо этого американская политика должна быть сфокусирована на тех вопросах, которые имеют критически важное значение для Соединенных Штатов.
Противостояние европейских прагматиков и скептиков по отношению к России на этом не закончится. Прагматики теперь надолго останутся в зоне повышенных политических рисков – и в Совете Европы, и в своих собственных странах. Любые действия или даже заявления России, которые могут прямо или косвенно подтверждать опасения скептиков, теперь будут вызывать шквал критики не только в адрес Москвы, но и в адрес тех, кто позволил российской делегации вернуться в Парламентскую ассамблею
Три года назад в Великобритании прошел референдум о выходе страны из Евросоюза. Победили сторонники Брекзита. О том, как Европа пришла к кризису, рассказывает книга Тома Галлахера про взаимоотношения ЕС и Румынии.
Прочитать о войне можно все, но никто не читает, потому что для массового сознания весь массив знаний о Великой Отечественной и о том, что ей предшествовало – это информационный шум, сориентироваться в котором постсоветский человек, особенно молодой, не в состоянии.
Турецкое общество видит возможность перестройки не в борьбе с политическим исламом как таковым, а с теми, кто искажает его истинный смысл. Наследие эпохи Эрдогана заставляет любого турецкого политика, даже баллотирующегося в космополитичном Стамбуле, делать реверансы в сторону консервативных кругов
Вопрос о роли России как государства, конечно, имеет отношение к ответственности конкретных лиц, поскольку они, по версии следствия, были встроены в цепочку субординации, где занимали промежуточное положение между начальниками в кабинетах и теми, кто нажимал кнопку злополучного «Бука». Вместе с тем, даже если суд придет к выводу о вине четверки, это не будет автоматически означать ответственность России как государства