Московский Центр Карнеги
В отличие от Назарбаева на Путина вряд ли сильно повлиял узбекский опыт, когда смерть Ислама Каримова и дальнейший дележ власти плохо закончились для семьи президента. Много ли оставит после себя Путин из того, что потребует защиты? Представляется, что его первая забота вовсе не семья или семейный бизнес, а проблемы иного измерения – что будет с Крымом, присутствием России в Сирии и способностью страны отстаивать свой суверенитет, выдерживать конфронтацию с США и НАТО
Назарбаев был самым историоцентричным президентом постсоветского пространства. Все политики амбициозны, но он выделялся даже на их фоне. Он никогда не скрывал, что видит себя казахским Вашингтоном, Ататюрком, отцом-основателем государства по имени Республика Казахстан. Единственным сдерживающим и мотивирующим фактором для Назарбаева является именно история и его место в ней
Еще до сегодняшней отставки Назарбаев ожидаемо стал главой Совбеза без единого голоса против (собственно, он никого всерьез и не спрашивал), после чего президентский пост стал ему по большому счету в тягость. Статус главы Совбеза и так дал Назарбаеву отдельный рычаг для управления всей репрессивной машиной страны, статус вечного лидера президентской партии «Нур Отан» – контроль над законодателями, а в сторону президентского кресла полетели шишки
Раньше неформальный авторитет лидера нации и президентский пост, который и был главным инструментом создания этого авторитета, существовали в нераздельном единстве. Теперь они разделены. Возникает система, похожая на доступ к банковской ячейке с двумя ключами, и из-за новизны конструкции не ясно, какой процент власти останется с президентским постом, а какой – со сменившим пост лидером
Сама по себе цифровая трансформация, которая у нас стыдливо заменяет нормальную модернизацию, в том числе политическую, не решает проблем. Потому что оцифровываются старое содержание и устаревшие процессы.
Крым стал рутиной и в то же время расколол нацию, склеенную одним мифом о культурно-историческом значении полуострова для русского сознания. Он превратил в изгоев часть российских граждан, которая не согласилась с тем, что «Крым наш».
Легкость, с которой российский посол и его собеседники в Минске повышают ставки в риторике, – это симптом более глубоких процессов в белорусско-российских отношениях. Обе стороны начинают ощущать, что они подошли к какому-то историческому порогу. А ресурс старого формата дружбы исчерпан настолько, что рисковать уже в общем-то нечем
Мне удалось опросить 12 политконсультантов, занимающих высокие посты в избирательных штабах кандидатов с рейтингом выше 5%. Несмотря на характерный для представителей этой профессии бездонный электоральный цинизм, все участники отметили, что результат кампании непредсказуем. При этом 10 из 12 назвали Петра Порошенко наиболее вероятным победителем кампании
Россия превратила Крым в один из своих экспортных брендов, но при этом провинциализировала реальный Крым, лишив его будущего. Так выглядит паттерн нового русского колониализма.
Торговая война между Китаем и США близка к завершению. Однако и в Пекине, и в Вашингтоне понимают, что мирный договор будет не концом экономического противостояния двух сверхдержав, а лишь прологом к еще более ожесточенной войне.
Отказ от партийности на региональных выборах опасен для вертикали власти. Недовольные граждане задают глобальные вопросы: зачем повышать пенсионный возраст? Почему цены и тарифы растут, а зарплаты нет? Стоят ли Сирия, Венесуэла, гонка вооружений таких затрат? Самовыдвиженцу (хоть в губернаторы, хоть в депутаты) легко ответить на них: «Это тема федерального центра, я за нее не отвечаю. Локальные проблемы попробую решить». В результате претензии автоматически переадресуются в Кремль
Поскольку Европа все больше берет на себя ответственность за собственную безопасность, особенно актуальным становится вопрос европейской стратегической автономии, вызывающий жаркие споры. В основе этой идеи лежит простая логика: европейцы должны быть в состоянии отстаивать и реально защищать свои интересы и ценности. Мы хотим, чтобы у нас была возможность сотрудничать с третьими странами на наших условиях
Андрей Колесников рассуждает о возможных результатах предстоящих выборов на Украине и последствиях победы основных кандидатов для российско-украинских отношений.
Представления о способах и механизмах предотвращения ядерной войны, выработанные во второй половине ХХ столетия, не соответствуют современным условиям. Стратегическую стабильность можно обеспечить и в XXI веке, но такие усилия требуют нового взгляда на вещи, новой стратегии действий и новых инструментов.
С середины 2018 г. президент уже не бог, а всего лишь богочеловек. Поддерживается его божественное тело, а к социально-экономическому есть вопросы. Пьеса от митрополита должна помочь это противоречие разрешить.
Военная элита Алжира защищала Бутефлику яростно и долго: говорят, что у президента было отдельное досье на каждого из генералов, которого можно было связать с исчезновением и убийствами алжирских граждан в ходе гражданской войны в 90-х годах. Но с тех пор здоровье президента пошатнулось, а в стране подросло новое поколение алжирцев, жаждущих перемен. Военные осознали, что ради сохранения своего влияния им придется пожертвовать президентом
Государственная система управления становится все менее эффективной, уровень коррупции все выше, руководство дряхлеет, методы управления страной оказываются все более устаревшими. И мы, конечно, придем к тому, что система исчерпает свои ресурсы для поддержания социальной стабильности.
Если читать расследование OCCRP беспристрастно, то единственный вывод, который можно из него сделать, новым никак не назовешь: финансовые институты, в которых 10 лет назад комплаенс был поставлен далеко не так жестко, как сегодня этого требуют европейские законодатели, могли использоваться для отмывания денег. Этот вывод не оригинальнее вывода, что ножом можно зарезать человека. Однако никому еще не приходило в голову сваливать вину за преступления на создателей его орудия
Независимо от того, ждет ли мир пауза перед новым витком традиционной российско-американской дипломатии или выстраивание новой архитектуры взаимодействия двух стран, сейчас важно, чтобы эти процессы не сопровождались эскалацией в ядерной сфере. И здесь интересы Москвы и Вашингтона совпадают.
Для национал-патриотической части избирателей логику президентской кампании определяет прежде всего военный конфликт на востоке страны. Украина делает выбор в ситуации, когда роль президента как верховного главнокомандующего не просто почетная регалия, а основная обязанность главы государства. Этот фактор, вполне возможно, сыграет определяющую роль в день голосования, когда украинский избиратель в последний момент не решится сменить своего верховного главнокомандующего