Двадцать девятого апреля 2015 года Нурсултан Назарбаев принесет присягу на верность Казахстану и пятый раз вступит в должность президента этой страны. А 6 июля Назарбаеву исполнится 75 лет, двадцать шесть из которых, больше трети своей жизни, он возглавляет Казахстан – еще с советских времен, когда 22 июня 1989 года стал первым секретарем ЦК Компартии республики.

К всеобщему облегчению

Итоги состоявшихся в стране 26 апреля президентских выборов поражают воображение: 97,7% поданных за него голосов при более чем 95-процентной явке. Эти цифры скорее характерны для референдума о продлении полномочий действующего главы государства, чем для альтернативных выборов. Альтернативы, собственно, никакой и не было, два спойлер-партнера Назарбаева, имена которых мало что говорили избирателям, не в счет. Глава миссии наблюдателей ОБСЕ Корнелия Йонкер заявила на брифинге в Астане, что гражданам Казахстана не был предложен реальный выбор между политическими альтернативами, настоящая оппозиция отсутствует, а Назарбаев и его партия «Нур Отан» доминируют в политике.

Удивительно, но по сути то же самое сказала старшая дочь президента, вице-спикер парламента Дарига Назарбаева: «Впервые, мне кажется, в истории нашего независимого государства выборы настолько спокойные, я бы даже сказала – молчаливые, когда не нужно было людям дополнительно ничего объяснять».

Это правда. Назарбаев вполне мог бы, вслед за Людовиком XIV, сказать: «Государство – это я». Неслучайно несколько лет назад специально для него был официально учрежден титул елбасы (национальный лидер). В таких обстоятельствах проведение президентских выборов выглядит мероприятием искусственным, если не сказать натужным, а явка 95% – малореальной. Электоральная социология учит, что интерес к участию в выборах падает, если их результат известен заранее и не представляет никакой интриги.

«Я извиняюсь, что для супердемократических государств эти цифры неприемлемы, но я ничего не мог сделать, – не без иронии откомментировал свою победу сам Назарбаев. – Если бы я вмешался, это было бы недемократично».

Но что здесь важно, так это то, что эти итоги в высшей степени всех устраивают, как внутри страны (элиты и население), так и за ее пределами. Элиты могут на ближайшие годы немного расслабиться, схватка за место преемника откладывается, и отвыкшему от реальной политики электорату не грозят никакие серьезные потрясения. Внешний же мир вообще видит в Назарбаеве гаранта стабильности в регионе Центральной Азии и не без оснований считает его просвещенным автократом, ведущим страну по пути модернизации.

Заинтересованы в пролонгировании президентства Назарбаева и в Москве. Тут отдают себе отчет в том, что следующее за ним поколение казахстанских политиков вовсе не обязательно будет сохранять свойственную елбасы союзническую лояльность к старшему российскому партнеру при проведении уверенной, но сдержанной политики противостояния попыткам Москвы расширить свое влияние на постсоветском пространстве.

Это кажется парадоксальным, но именно потрясения 2014 года, связанные с войной на Украине, к которой Москва имеет самое прямое отношение, по всей видимости, и стали решающими в выборе, сделанном Назарбаевым, – отложить в долгий ящик игру в транзит власти и самому идти на выборы.

Кремлевская операция по присоединению Крыма, проведенная в марте прошлого года, стала рубиконом, после которого в Астане пришли к выводу, что наступают непростые времена. Те самые, когда коней на переправе не меняют. Удивительно, но уже тогда в Акорде (резиденция президента Казахстана) ощутили, что неизбежные экономические потрясения, ожидающие Россию, коснутся и Казахстана, и начали готовить антикризисную программу. И снова главой правительства Назарбаев назначил Карима Масимова, проявившего себя успешным антикризисным менеджером на этом посту в 2007–2012 годах.

Эпоха обещанных реформ

Судя по всему, именно Масимову будет принадлежать ключевая роль в предстоящий пятилетний период очередных президентских полномочий елбасы. Последний уже объявил о проведении пяти институциональных реформ в Казахстане, которые выглядят настолько амбициозными, что в случае их успеха позволят стране через несколько лет совершить модернизационный скачок. Если, конечно, не будут заболтаны. Или если страна не окажется объектом болезненного внешнего воздействия, будь то серьезная террористическая атака или какая-либо геополитическая авантюра.

Что касается внутренних передряг, то трагические события 2011 года в Жанаозене, на западе страны, научили казахстанскую власть худо-бедно упреждать межклановые конфликты. Но главное, авторитет национального лидера, усилиями государственной пропаганды получивший уже отчасти сакральный характер, позволяет проводить даже непопулярные меры.

Так, в Казахстане практически готовы к предстоящей девальвации национальной валюты тенге, о необходимости которой в условиях обвального падения рубля без устали предупреждают казахстанские СМИ. Впрочем, сам Назарбаев на следующий день после выборов успокоил соотечественников: «Никаких резких изменений не будет… казахстанцы знают: если что-то намечается, я сам скажу, как от этого защититься и уберечься».

Запланированные пять институциональных реформ предполагают следующее. Первое – это создание профессионального, некоррумпированного государственного аппарата. Принципом его формирования, по словам Назарбаева, должна стать меритократия. Другими словами, в Казахстане хотят создать корпус профессиональных и компетентных менеджеров и служащих, которые станут хребтом госуправления, независимого от смены политического класса руководителей.

Второе – реформа системы правосудия на основе верховенства закона. Назарбаев предупреждает: работа здесь «предстоит огромная, тяжелая и болезненная, но я знаю, что нужно для этого делать». Очевидно, речь идет и о постепенной замене всего судейского корпуса на молодых юристов, прошедших обучение в том числе на Западе. Казахстан готовится к вступлению в Совет Европы, и казахстанские юристы уже сейчас проходят подготовку, чтобы оказаться готовыми к тому, что страна окажется под юрисдикцией Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ).

Далее идет диверсификация экономики, имеющей сырьевой характер. Здесь ожидаются масштабные инвестиции в строительство тысяч километров железных и автомобильных дорог, жилья, модернизации ЖКХ, в другие инфраструктурные проекты. Четвертое – это создание новой казахстанской идентичности, основанной не на этнической принадлежности, а на гражданстве. Эта идея, очевидно, встретит явное сопротивление казахстанских нацпатов, но Назарбаев уверен, что сумеет его преодолеть, опираясь на свой «верховный» авторитет. Наконец, ближе к завершению пятилетнего срока Назарбаев готов будет поделиться частью своих президентских полномочий с парламентом, то есть провести политическую реформу по созданию в Казахстане парламентско-президентской формы правления.

Для проведения этих пяти «назарбаевских ударов» елбасы и понадобилось, по его словам, «абсолютное доверие народа». Ну, почти абсолютное – всего два с небольшим процента отпущено на ресурс недоверия и сопротивления. Если же Назарбаев сочтет необходимым баллотироваться в президенты еще через пять лет, когда ему исполнится 80, то страшно даже представить, какой трехзначной цифрой будет определяться его победа на выборах. Ведь закон жанра казахстанских выборов таков, что поддержка национального лидера от выборов к выборам должна только расти.

Аркадий Дубнов – политолог, эксперт по Центральной Азии