Специально для «Горького» редактор Московского Центра Карнеги Максим Саморуков прочитал книгу о создании Словакии. Работа объясняет, как появляются нации.

Alexander Maxwell. Choosing Slovakia: Slavic Hungary, the Czechoslovak Language and Accidental. London, I. B.Tauris, 2017

Не все об этом знают, но история — это такая же бурно развивающаяся наука, как химия, физика или медицина. И в истории тоже возможны великие открытия, которые заставляют пересмотреть все предыдущие достижения. Причем не материальные открытия — типа секретного документа из архивов, а концептуальные — новые подходы к интерпретации известных событий. И такие открытия в исторической науке ничуть не менее значимы, чем пенициллин или теория относительности.

Максим Саморуков
Максим Саморуков является заместителем главного редактора Carnegie.ru.
More >

Скажем, труды Авиценны были великим достижением для своего времени, но сегодня лечить по ним людей явно не стоит. То же самое с историей. После того как 30–40 лет назад были написаны работы Вебера, Андерсона, Хобсбаума по истории национализма, многие другие исторические исследования превратились в Авиценну.

Сегодня, с точки зрения исторической науки, спорить о национальной принадлежности Киевской Руси — это то же самое, что спорить, стоит Земля на трех китах или на трех слонах. А сообщить, что в 1654 году Украина воссоединилась с Россией — это как уверять, что казаки Хмельницкого расстреливали шляхту из пулеметов. Потому что такого просто не может быть: в 1654 году еще не придумали ни пулеметов, ни Россию, ни Украину.

От этих пулеметов в 1654 году и пытается избавиться Александр Максвелл в своей книге «Выбирая Словакию. Славянская Венгрия, чехословацкий язык и случайный национализм». В отличие от многих других «Историй Словакии», книга Максвелла — это не сборник патриотических мифов о тысячелетней борьбе героического словацкого народа за независимость, а очень приземленный рассказ о том, как несколько миллионов человек, живущих в Карпах, постепенно пришли к мысли, что они — словаки. Точнее, кто сам пришел, а кого и за руку привели.

Пускай Словакия и не самая важная страна для судеб мира, но зато механизмы ее формирования чрезвычайно наглядны и могут очень много рассказать о том, как вообще формируются нации.

Главный миф, с которым борется Максвелл, — это националистический детерминизм. Абсурдное, но тем не менее очень популярное представление о том, что начиная с VII века и до самого 1993 года заселившие Карпаты славянские племена только и думали о том, как бы им создать независимое словацкое государство. Нет, они об этом не думали ни в седьмом веке, ни в семнадцатом. Максвелл начинает свое исследование где-то с середины первой половины XIX века — только тогда идеи национализма начинают проникать в северные окраины Венгерского королевства, входящего в империю Габсбургов.

Читать полный текст