В последнее время в России наблюдается рост регионального самосознания. Население регионов все активнее пытается привлечь внимание Центра к своим социально-экономическим и экологическим проблемам; все большее число людей обращают внимание на региональные культурные особенности и проявляют интерес к истории своего края. Предварительные результаты последней переписи населения, проведенной в октябре 2010 года, свидетельствуют о том, что в графе «национальность» жители ряда регионов указывали новые национальные самоидентификации. Среди них в количественном отношении выделяется национальность «сибиряк».

Трактовка категории «сибиряк» как национальности имеет неоднозначную природу. С одной стороны, идеологи «сибирской нации» описывают «сибиряков» как национальную общность, которая существовала всегда, «отличаясь от русских и говором, и хозяйством, и бытовыми привычками, и мировоззрением, и даже внешним видом», и эти особенности отмечались начиная с XVII века. В качестве ключевых элементов сибирской нации вышеупомянутые идеологи выделяют следующие: 1) многокомпонентный состав: сообщество сибирских старожилов представляет собой «ядро» нации в том, что касается (традиционного) мировоззрения и культуры, но вокруг них собираются люди разных (в том числе смешанных) национальностей; 2) сибирскую нацию составляют люди смешанного происхождения, которые путем «сибирского самоопределения» решают проблему самоидентификации. В этом отличие сибиряков от русских, и здесь проходит граница сибирской нации; 3) сибирский язык (пока существующий в форме письменного литературного языка, составленного Ярославом Золотаревым на основе традиционных сибирских говоров, но постепенно оформляющийся в «живой» язык).

С другой стороны, в медийном пространстве все чаще встречаются трактовки сибирской нации как нации политической, которая имеет свои специфические интересы и готова декларировать и отстаивать их в рамках многонационального федеративного государства. При этом культурное и языковое своеобразие как основа нациестроения отходит на второй план, а на первом плане оказываются социально-экономические, экологические и культурные проблемы сибирского региона, осознание и проблематизация существующих несимметричных отношений между федеральным Центром и сибирским регионом в экономической, социальной и правовой сферах.

Сторонники этой идеи, в частности, сравнивают отношение федерального Центра к Сибири и к Северному Кавказу, который является дотационным регионом. В контексте этого сопоставления звучат идеи о том, что «если власть не хочет покупать русских, то ей придется покупать сибиряков».

Все это свидетельствует о политизации идентичностей, в частности территориальных и этнических, и о том, что они используются как инструменты политической мобилизации для борьбы за признание, а также за значимые в (со)обществе ресурсы.

Подобные тенденции в целом характерны для современного глобального общества, и с этой точки зрения сибирская идентичность особенно интересна как новый политический проект (в широком смысле слова), поскольку представляет собой один из видов «новой солидарности», способ публичного заявления общности о себе, с тем чтобы добиться признания своих отличий, культурной специфики, социальных и экономических прав. …