Систему оперативного управления ядерными силами США, будь она выдуманным персонажем, можно было бы сравнить с 11-летним Гарри Поттером, живущим в чулане дома Дурслей на Тисовой улице. Ей тоже отчаянно не хватает заботы и финансирования — хотя она и играет важнейшую роль в предотвращении самой страшной из возможных катастроф. В результате этого небрежения, отмечается в опубликованном 2 февраля «Обзоре ядерной политики США», система, которая позволяет обнаружить признаки ядерных ударов по США и передавать приказы американским ядерным силам, «страдает от проблем, обусловленных как старением ее компонентов, так и новыми, растущими угрозами XXI века».

James M. Acton
Acton holds the Jessica T. Mathews Chair and is co-director of the Nuclear Policy Program and a senior fellow at the Carnegie Endowment for International Peace.
More >

Авторы «Обзора» совершенно справедливо беспокоятся о том, как проявит себя эта система, если ей выпадет сразиться с ядерным «Волан-де-Мортом», и предлагают вполне разумный план ее всеобъемлющей модернизации. Однако этим они не ограничились и, стремясь усилить эффект устрашения, дополнили свои рекомендации, казалось бы, безобидно звучащей — и явно умозрительной — угрозой: в ответ на удар обычными вооружениями по американским «средствам управления ядерными силами, а также оповещения и оценки серьезности угрозы» Вашингтон готов рассмотреть вопрос о применении ядерного оружия. 

Данная угроза отражает существенный — и нежелательный — отход от традиционно декларируемой политики Вашингтона. Насколько известно автору, никогда прежде Соединенные Штаты не выступали с четкими угрозами ответить ядерным ударом на применение обычных вооружений против американской системы управления и оповещения — и на то имелись веские основания. Такая реакция была бы явно несоразмерной. Поэтому содержащаяся в документе угроза не будет воспринята всерьез, а значит, может не только оказаться неэффективной, но и нанести ущерб интересам США. Вместо подобных заявлений Вашингтону стоило бы сосредоточиться на создании гораздо более резервированной системы оперативного управления и оповещения — но в рамках нынешних планов этого вряд ли удастся достичь.

Опасность применения обычных вооружений с целью нападения на систему оперативного управления ядерными силами возникла сравнительно недавно. Поразить такую систему во времена холодной войны, как правило, можно было только посредством ядерного удара. Сегодня, однако, с учетом совершенствования неядерного оружия — кибернетического, высокоточного и противоспутникового — эта угроза стала абсолютно реальной. Хуже того, возможности США в оперативном управлении и оповещении на удивление невелики. Когда системы предыдущего поколения будут сняты с боевого дежурства, Соединенным Штатам придется полагаться всего на шесть спутников оповещения о ядерном ударе и на четыре спутника, обеспечивающие связь с ядерными силами. Резервную функцию выполняет горстка наземных объектов, а в том, что касается связи, — еще и самолетов.

Особую озабоченность вызывает неядерная угроза спутникам. Так, Россия для уничтожения американских спутников раннего оповещения разрабатывает боевые лазеры наземного базирования. Китай идет еще дальше: его стратегия предусматривает удары по этим спутникам даже в случае неядерного конфликта. Подобные атаки, даже ограниченные по масштабу, будут иметь самые серьезные последствия. В частности, в 2014 году генерал Уильям Шелтон — тогдашний глава Космического командования ВВС США — публично признал: лишившись хотя бы одного спутника раннего оповещения, Соединенные Штаты потеряют способность постоянно отслеживать все пуски ядерных ракет потенциальных противников.

Если бы у американской системы оперативного управления ядерными силами и раннего оповещения о ядерной атаке не было других задач, ядерный ответ на удары по ней можно было бы считать логичным. В этом случае потенциальный противник (скорее всего, Россия или Китай), стремясь вывести систему из строя, преследовал бы единственную цель — подготовиться к ядерному нападению на Соединенные Штаты. То есть атака со стороны России или Китая, — возможно, с применением неядерного оружия — повысила бы эффективность их последующего ядерного нападения и, вероятно, позволила бы оттянуть ответный ядерный удар США. В рамках такого сценария ответное применение ядерного оружия Соединенными Штатами выглядит оправданным.

На деле же, однако, большая часть американских средств оперативного управления и оповещения имеет двойное назначение: они выполняют задачи, связанные с использованием не только ядерных, но и обычных вооружений. К примеру, спутники раннего оповещения призваны как выявлять ядерные атаки, так и приводить в действие системы ПРО, предназначенные для перехвата баллистических ракет с обычными боеголовками. Подобная двойственность может дать России и Китаю основания для удара по этим спутникам в ходе неядерного конфликта. В частности, если средства американской ПРО в Европе или Азии будут успешно сбивать неядерные баллистические ракеты противника, Москва или Пекин, чтобы избежать поражения, могут попытаться уничтожить американские спутники раннего оповещения с помощью обычного оружия. Тогда, согласно новой американской ядерной доктрине, Соединенные Штаты будут вправе применить ядерное оружие.

Однако ядерный ответ в рамках такого сценария опрокидывает любые представления о пропорциональности. Российские или китайские неядерные удары по американским спутникам почти наверняка не приведут к человеческим жертвам. А американские атаки с применением ядерного оружия — даже крайне ограниченные и точечные — могут спровоцировать атомную войну, в которой погибнут десятки, а то и сотни миллионов людей, причем огромные потери понесут и сами Соединенные Штаты.

Рискнет ли на деле президент США развязать катастрофический ядерный конфликт после «бескровного» удара России или Китая по американским спутникам? Ответить на этот вопрос способен лишь Дональд Трамп, но понятно, почему Москва и Пекин могут решить, что ответ будет отрицательным, и в случае конфликта, несмотря на предостережение Вашингтона, все равно нанести удар по американским системам оперативного управления и оповещения. В этом случае президент окажется перед тяжелейшим выбором: либо ничего не предпринимать и таким образом поставить под сомнение серьезность предупреждений Вашингтона о применении ядерного оружия в других ситуациях, либо исполнить угрозу и тем самым, возможно, спровоцировать ядерную бойню.

Да, система оперативного управления уязвима в случае неядерного удара, но, к счастью, эту вполне реальную проблему можно куда эффективнее решить иными способами.

Наиболее очевидный подход — попросту разделить средства оперативного управления и оповещения ядерных и обычных сил. Внешне такая идея выглядит привлекательной, но реализовать ее на практике будет чрезвычайно трудно. Главное препятствие здесь в том, что создание двух отдельных систем оперативного управления — для боевых действий с применением ядерного и обычного оружия — потребует больших расходов. Есть и другой нюанс: с появлением ракет двойного назначения — способных нести как ядерные, так и обычные боеголовки — определить, чем оснащена запущенная ракета, вряд ли получится, и так называемое дезагрегирование (disaggregation) станет невозможным.

Целесообразнее было бы приступить к созданию более устойчивой системы оперативного управления и оповещения. К сожалению, нынешний план модернизации едва ли позволит добиться этого. Так, к немалой досаде генерала Джона Хайтена — еще одного бывшего главы Космического командования ВВС США, ныне возглавляющего Стратегическое командование Вооруженных сил США, — план модернизировать американскую космическую систему раннего оповещения, по сути, предусматривает лишь замену имеющихся спутников новыми. А это не поможет значительно снизить уязвимость спутниковой системы для неядерного удара.

Эффективный способ повышения устойчивости системы — развернуть в космосе множество, возможно 20 или 30, небольших устройств раннего оповещения. При этом размещать их следует не на специализированных спутниках раннего оповещения, а на тех, что используются в других целях — как в военных, так и, возможно, гражданских. И это не просто теория: в годы холодной войны США уже создали аналогичную систему для обеспечения спутниковой связи (AFSATCOM).

Конечно, кое-чем здесь придется поступиться. Разнесенная система раннего оповещения, состоящая из множества миниатюрных датчиков, которые прикрепляются к наиболее подходящим для этого спутникам, будет обладать меньшими возможностями, чем нынешние немногочисленные, но весьма совершенные специализированные космические аппараты. Однако чтобы вывести такую систему из строя, понадобится куда больше неядерных ударов.

Возможно, Соединенным Штатам даже удастся «и рыбку съесть, и в пруд не лезть». Поскольку для разнесенной системы не потребуется создавать новые спутники, не исключено, что она обойдется не так уж дорого, так что у министерства обороны высвободятся деньги и на несколько специализированных аппаратов раннего оповещения. Но если придется выбирать одно из двух — а в реальной жизни так чаще всего и происходит, — есть веские основания для отказа от специализированных спутников и создания вместо них разнесенной системы раннего оповещения. Если защитить эти спутники можно только угрозой ответного ядерного удара, значит, их стоимость слишком высока.

Данная статья была впервые опубликована 5.02.2018 в интернет-издании War on the Rocks