«США добились в Сирии победы над террористической группировкой «Исламское государство», и у американских военных больше нет причин находиться в этой стране», – написал 19 декабря в твиттере президент США Дональд Трамп, объявив таким образом о выводе американских войск из Сирии. Решение Трампа вызывает немало вопросов, и один из них, как бы странно это ни звучало, – выгодно ли это России.

Сдержал слово

Слова президента США, как и последовавшее за ними официальное подтверждение из Белого дома, прозвучали неожиданно, хотя Трамп обещал вывести американских военных из Сирии еще в ходе своей предвыборной кампании. Этой весной он уже был готов сдержать слово, данное избирателям, но его отговорили.

С этого момента Вашингтон резко активизировался на сирийском направлении. Американские чиновники все чаще и чаще давали понять, что США останутся в Сирии надолго. Были сформулированы три цели: борьба с ИГ, противодействие росту иранского влияния в регионе и помощь в трансформации сирийской власти. Тем удивительнее прозвучали слова Трампа про существование и реализацию только одной цели. Да и с ней не все просто – отряды ИГ продолжают действовать на территории Сирии и соседнего Ирака.

Поэтому решение Трампа удивило не только весь мир, но и американскую политическую элиту. Хотя госсекретарь США Майк Помпео уверяет, что президент принял решение после того, как провел консультации с высокопоставленными чиновниками, разногласия в Вашингтоне скрыть невозможно.

Самым ярким подтверждением стало прошение об отставке министра обороны США Джеймса Мэттиса. «Так как у вас есть право иметь министра обороны, чьи  взгляды более схожи с вашими по этим и другим вопросам, я считаю, что имею право уйти в отставку с моей позиции», – написал глава Пентагона в письме президенту. Он также добавил, что США не смогут защитить свои интересы без «уважения к союзникам». По данным СМИ, Мэттис был против не вывода войск как такового, а излишней поспешности Трампа.

В самом по себе выводе американских сил нет ничего плохого. Любой стране лучше не застревать на чужой территории надолго, потому что всегда есть риск превратиться из освободителей в оккупантов. Вопрос – почему президент США намерен сделать это сейчас и как будет осуществлен вывод войск?

Рождественский подарок

С начала российской военной операции в Сирии в 2015 году Москва говорила, что присутствие в этой стране международной антитеррористической коалиции во главе с США нелегитимно. В последние месяцы критика в адрес США усилилась, особенно после того, как Вашингтон, а вслед за ним и европейские столицы отказались от предложенного Россией плана по возвращению беженцев и послевоенному восстановлению Сирии.

В Москве неоднократно высказывались опасения, что на восточном берегу реки Евфрат будет создано «квазигосударство» под опекой США, и готовились смириться с казавшимся неизбежным разделом Сирии на три условные части. Первая – под контролем официального Дамаска вместе с Россией и Ираном, вторая – под контролем сирийской оппозиции и Турции, третья – под контролем Сил демократической Сирии, основной костяк которых составляют курды, а также опекающих их США. Казалось бы, в свете бесконечной критики американских действий, от потворства террористам до стремления к расколу Сирии, Москва должна радоваться уходу американцев.

На словах так и есть. Первая реакция была от официального представителя МИД РФ Марии Захаровой. «Очень важная история, которая может проистекать из этого решения, – это реальная, реальная перспектива политического урегулирования», – сказала она в эфире программы «Большая игра» на Первом канале.

На следующий день в ходе ежегодной пресс-конференции президент России Владимир Путин был более сдержан, но тем не менее позитивно отозвался о решении Трампа. «Если США приняли решение вывести свой контингент, это правильно», – сказал он, но сделал несколько оговорок. Главная сводилась к тому, что нужно еще посмотреть, действительно ли США начали вывод войск из Сирии, как было заявлено.

В то же время сам Трамп написал в твиттере, что «Россия, Иран, Сирия и многие другие недовольны уходом США», потому что теперь «им придется бороться с ИГ и другими, которых они ненавидят, без нас». Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков назвал этот твит «курьезным». 

Слова Трампа можно счесть попыткой защититься от очередных обвинений в излишней близости с Россией – американские СМИ назвали решение своего президента о выводе войск «рождественским подарком» Владимиру Путину. Но так думает не только Трамп – многие военные и дипломаты в Вашингтоне считают, что Москве будет тяжело в одиночку нести бремя борьбы с террористами, а также заниматься восстановлением территорий, которые оставляют США.

Американские политики уже говорили, что отказ Вашингтона давать деньги на реконструкцию районов Сирии, подконтрольных Башару Асаду, может стать инструментом давления на Москву и Дамаск. Еще одним эффективным инструментом могут быть экономические санкции против тех, кто помогает правительству Башара Асада и Ирану.

Остаются у Вашингтона и политические рычаги влияния на ситуацию в Сирии. Как это может происходить, было видно в ходе прошедшего на этой неделе заседания Совбеза ООН, где спецпосланник генсека ООН по Сирии Стаффан де Мистура делал последний доклад перед своей отставкой. Он заявил, что у организации есть сомнения по поводу ряда кандидатов в списке сирийского конституционного комитета, который передали ему министры иностранных дел «астанинской тройки» – России, Турции и Ирана. Де Мистура добавил, что конституционный комитет не единственный компонент политического урегулирования в Сирии. Это явный намек, что если стороны не придут к компромиссу, ООН (читай Запад) просто проигнорирует все, что было наработано тройкой за этот год.

Турецкий гамбит

Еще один важный фактор, добавляющий неопределенности в ситуацию, – это позиция Турции. Поспешное решение Трампа о выводе войск чаще всего объясняют провалами во внутренней политике и желанием отвлечь американское общество от расследования против президента. Однако турецкие и американские СМИ обращают внимание, что Трамп сделал объявление о выводе войск спустя два дня после телефонного разговора с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом.

Согласно официальным сообщениям, стороны обсудили планы Турции начать военную операцию на севере Сирии для ликвидации политических и военных структур сирийских курдов, причисляемых Анкарой к террористическим организациям за связи с Рабочей партией Курдистана. С учетом двух предыдущих военных операций в Сирии Анкара в случае успеха может установить контроль практически над всей турецко-сирийской границей – с запада на восток. Речь шла также о зачистке от террористов районов южнее границы – в провинциях Дейр-эз-Зор и Ракка. Вся эта территория находится под опекой США. 

Турецкая военная операция могла привести к жертвам среди американских военных. Такой вариант событий Анкаре был не нужен. Уход американцев решает проблему. Неслучайно в СМИ появилась версия о сделке между США и Турцией. В Белом доме эту информацию опровергли, но официальному заявлению мало кто поверил. Тем более что Анкаре и Вашингтону есть о чем торговаться. Прежде всего это шум, который поднимает Турция вокруг убитого в Стамбуле саудовского журналиста Джамаля Хашогги, требуя международного расследования роли Эр-Рияда в этом преступлении. Так что Трамп мог пообещать не мешать турецкой операции в обмен на молчание Анкары.

Еще один важный аспект – желание США разорвать союз Турции с Россией и Ираном. Благодаря «астанинскому формату», созданному в 2017 году, президент Сирии Башар Асад смог вернуть под свой контроль большую часть страны, наметились и некоторые подвижки в политическом урегулировании – началась работа над формированием конституционного комитета. К результатам работы тройки может быть много претензий, но по сравнению с подвисшими переговорами по Сирии в Женеве под эгидой ООН ее работа хоть как-то продвигается вперед. 

Выход из «астанинского формата» Турции, которая ведет диалог со значительной частью сирийской вооруженной оппозиции, для России и Ирана был бы катастрофой. Понятно, что рано или поздно интересы Москвы и Тегерана, которые говорят о необходимости вернуть всю территорию Сирии под контроль Дамаска, неизбежно бы столкнулись с интересами Анкары. Турция не намерена уходить с севера Сирии, пока не решится вопрос с транзитом власти в Дамаске. В этом Анкара гораздо ближе США и ЕС, чем России, и неизвестно, какую роль она будет играть дальше.

Впрочем, отношения Турции и США также зависят от того, как поведет себя Вашингтон по отношению к курдам. Пока уход американцев накануне турецкой операции выглядит предательством союзников, с которыми они вместе боролись против ИГ. Но действительно ли США готовы бросить курдов? В этой связи вспоминаются бесполетные зоны, созданные США, Великобританией и Францией над севером и югом Ирака в 1991 году для защиты иракских курдов и шиитов.

Принципы работы этих зон отличались. На севере страны курды с 1991 по 2003 год существовали фактически как независимое от Багдада государство. Юг оставался подконтрольным Багдаду, но западные страны следили, чтобы там не нарушался режим полетов. Создать бесполетные зоны в Сирии для США не проблема, и, возможно, это было бы даже более эффективно, чем присутствие двух тысяч американских военных на земле. Но от кого должна защищать курдов такая беспилотная зона: от ИГ, Турции или Дамаска?

Чтобы защититься от турецкого наступления, курды могут объединиться с Дамаском, но тогда вопрос возникнет уже к Москве – готова ли она ссориться с Анкарой из-за курдов? Зимой этого года Россия позволила провести Турции операцию в курдском Африне на севере Сирии.

Без стратегии

Еще одна опасность поспешного решения Трампа – вакуум власти на территориях, которые планируют оставить США. Кто возьмет над ними контроль: ИГ или Дамаск и его союзники? Насколько продвинется Турция? Позволит ли она Дамаску занять территорию, которая ее не интересует? Насколько уход американцев развяжет руки Ирану? Кому будет передан контроль над границей с Ираком? Что американцы будут делать со своими двенадцатью (по данным СМИ) базами в Сирии – закроют или передадут курдам?

Все эти вопросы требуют обсуждения и координации как внутри антитеррористической коалиции, так и между США и Россией. Трамп так спешил, что забыл обсудить вывод войск даже с союзниками, что в том числе и вызвало недовольство Мэттиса. Впрочем, неизвестно, а было ли что обсуждать в принципе. Есть ли у Вашингтона стратегия выхода из Сирии?

Объявляя о начале вывода войск, Белый дом заявил, что это не означает распада международной антитеррористической коалиции, просто США переходят «к следующей фазе» в военной кампании.

О чем идет речь, не понял никто. Возможно, новая фаза предполагает отказ от наземных операций и переход к исключительно воздушным атакам, тем более что основная база США в регионе находится в Катаре –  примерно в 1500 км от границы между Ираком и Сирией, где сейчас находятся американцы.

Уместно здесь вспомнить и российский опыт, когда президент Путин трижды объявлял о выводе войск из Сирии, а также о сокращении группировки, после чего интенсивность боевых действий только возрастала. Поэтому вариантов развития событий бесчисленное множество. И при всей очевидности позитивной стороны вывода американских войск непродуманная стратегия может привести к большим проблемам. 

следующего автора:
  • Марианна Беленькая