«Кто руководит Стамбулом – управляет страной». Так когда-то говорил президент Турции Эрдоган. По всей видимости, он до сих пор так считает, иначе не стал бы в марте продавливать отмену выборов мэра города, когда их выиграла оппозиция.

Однако отмена не помогла – на повторном голосовании в июне кандидат от власти опять проиграл, на этот раз с еще большим отрывом. Теперь Стамбулом руководит оппозиция. Как и Анкарой, Измиром, Антальей, Аданой. Это важнейшие города Турции, регионы туризма, сельского хозяйства с внушительными финансовыми потоками.

В этом году на региональных выборах Эрдоган увидел, как ведет себя страна, если он перегибает палку. Оппозиция уже говорит о новой эре в развитии республики, о близком конце Эрдогана и его правящей Партии справедливости и развития (ПСР). И действительно, турецкий президент столкнулся с самым серьезным кризисом за все 17 лет своего правления. Ему необходимо принять эффективные меры для укрепления позиций, иначе он рискует потерять власть.

Чистки партийные и министерские

Повторные выборы мэры Стамбула воспринимались в Турции как референдум о доверии правящей ПСР и лично Эрдогану. Поэтому после того как власть проиграла, все стали активно обсуждать перспективу досрочных парламентских и президентских выборов – уже в следующем, 2020 году.

По плану они должны пройти только в 2023-м, но Эрдогану невыгодно так долго ждать возможности подтвердить свою популярность – ему необходимо сделать это скорее, чтобы переломить нынешние тенденции и не дать оппозиции укрепиться.

Учитывая результаты Стамбула, уверенная победа не гарантирована. Но пока у Эрдогана остаются возможности укрепить закачавшиеся рейтинги.

Первым делом турецкий лидер, скорее всего, постарается консолидировать собственную партию, чтобы она снова заработала как единый организм. Сейчас в рядах ПСР хватает тех, кому не по нраву то, что делает президент. Они кандидаты на вылет. Партия Эрдогана всегда умела перешагивать через несогласных, заменяя их на новых людей, которые готовы активно включиться в работу на благо большинства.

Помимо правящей партии, президент должен разобраться с правительством. В нынешнем составе турецкий кабмин явно не справляется с экономическим кризисом, который переживает страна. С прошлого года турецкая лира потеряла в стоимости более 30%. Цены на основные товары выросли в среднем в 2–4 раза. Приток инвестиций в страну недостаточный, а международные рейтинговые агентства признают капиталовложения в Турцию рискованными.

Главным кандидатом на увольнение считается зять Эрдогана, министр финансов Берат Албайрак. В свое время его назначение вызвало раздражение не только у оппозиции, но и среди умеренных турок и даже у сторонников ПСР. Мало того, что близкий родственник президента попал в правительство, так еще и был назначен на ключевой пост в финансовой сфере. Хотя до назначения у Албайрака не было заметного опыта работы на высоких должностях в госаппарате.

Вторым претендентом на уход называют главу турецкого МВД Сулеймана Сойлу. Он – один из символов жесткой борьбы с путчистами, реальными и мнимыми участниками попытки госпереворота летом 2016 года. Под его руководством МВД явно перестаралось в поисках крамолы – столь рьяная борьба с заговорщиками стала угрожать популярности режима.

Также покинуть свой пост может министр сельского хозяйства Бекир Пакдемирли – из-за стремительного роста цен на овощи-фрукты. Турецкие фермеры оказались не в состоянии предлагать умеренные цены, не рискуя при этом обанкротиться, и теперь кто-то в госаппарате должен поплатиться за неудачи властей в социально чувствительном вопросе.

Цена ожидания

Турецкая экономика в рецессии, инфляция растет, безработных становится все больше, традиционный для Турции аграрный сектор находится в тяжелом кризисе. Без заметных улучшений в этих областях Эрдогану вряд ли удастся остановить падение своей популярности.

Причем эти улучшения надо продемонстрировать как можно скорее, потому что турецкие власти не могут позволить себе ждать до 2023 года, когда по плану должны пройти следующие парламентские и президентские выборы. За три с половиной года может значительно окрепнуть оппозиция, особенно альтернативные правящей ПСР консерваторы во главе с бывшими соратниками Эрдогана.

Строптивый экс-премьер Ахмет Давутоглу, бывший министр экономики Али Бабаджан и экс-президент Абдулла Гюль намереваются создать свою партию. Эти люди исповедуют тот же политический ислам, что и Эрдоган, но тяготеют к центру и пока не проявляют столь сильных вождистских замашек, как нынешний президент. У них есть политический вес и опыт. За ними пойдут люди, в том числе из рядов ПСР. Отток избирателей может оказаться существенным, и не факт, что эти политики захотят вступать в коалицию с ПСР.

На это намекает недавняя встреча Бабаджана с Эрдоганом. Бывший экономический вице-премьер передал президенту отчет с критикой нынешней системы госуправления и возможными вариантами выхода из кризиса. Далее состоялся примечательный диалог. Эрдоган, как утверждает обозреватель HaberTurk, предложил Бабаджану заниматься этими проблемами, оставаясь в ПСР. Тот отказался, заявив, что планирует попробовать себя в новой политической силе. В ответ президент предупредил о возможном провале такой инициативы – по его словам, создавать свои партии пытались многие, но терпели поражение.

Любая конкуренция крайне нежелательна для Эрдогана, будь то досрочные выборы или плановые. Потому что союзников у него нет. Даже альянс с Партией националистического движения в 2017 году хоть и принес поначалу дополнительные голоса, сейчас растерял свою эффективность.

Излюбленный способ повысить популярность за счет военных кампаний или заигрываний с курдами тоже перестал помогать Эрдогану. В прежние годы перед выборами президент то отправлял армию в Сирию, то начинал антитеррористические операции внутри страны, что позитивно отражалось на рейтингах.

Перед стамбульскими перевыборами он санкционировал удары по Рабочей партии Курдистана (РПК) в Северном Ираке. Но параллельно власти разрешили главе РПК Оджалану, отбывающему пожизненный срок, встретиться с адвокатами. А потом государственные СМИ опубликовали заявление Оджалана с призывом к курдским избирателям сохранять нейтралитет на выборах. Столь противоречивые сигналы властей в курдском вопросе запутали избирателей, что немало способствовало успеху оппозиции.

Другие направления во внешней политике тоже не оставляют особых возможностей для новых побед. Несмотря на встречу Эрдогана и Трампа на саммите G20 в Осаке, отношения Турции с США остаются напряженными. Нечего турецкому президенту предъявить и в подзабытом уже вопросе европейской интеграции.

Референдум как выход

Еще один важный симптом кризиса ПСР в том, что правящая партия утратила инициативу в области идей, потеряла способность выступать с новым, привлекательным для общества видением дальнейшего развития страны.

Новые и жизнеспособные идеи теперь рождаются у оппозиции – например, резко набравшие популярность разговоры, что Эрдогану надо подумать о коренных преобразованиях в системе власти, о возвращении от суперпрезидентской республики к сильному парламенту.

Понятно, что это голос оппозиции, попытка спровоцировать власть, но такой вариант все шире обсуждается в турецком обществе. И он действительно может принести Эрдогану внушительные бонусы.

Да, президент приложил колоссальные усилия, чтобы сосредоточить в своих руках максимум власти. Но сейчас положение дел в стране очень шаткое. Досрочные выборы могут дать ПСР нужные голоса, если перед этим правящая партия продемонстрирует свою готовность к обновлению.

Президентская форма правления показала свою неспособность бороться с проблемами Турции. Улучшений в экономике нет, международные дела буксуют, общество все больше раскалывается и поляризуется. Значит, пришло время переосмыслить систему власти.

Конечно, Эрдогану будет непросто согласиться на новую конституционную реформу. Отказ от части полномочий ударит по его тщеславию, но зато вернет часть популярности – снова сделает его в глазах значительной части турецкого общества разумным и по-настоящему демократическим лидером. Стоит напомнить, что в 2017 году на референдуме о переходе к суперпрезидентской системе за высказались всего 51,4% турок при явке 85%. Для такого судьбоносного решения это хоть и проходной, но неудовлетворительный результат.

Откат к основам республиканской Турции способен вытянуть ПСР и президента Эрдогана из нынешней внутриполитической трясины. Вернуть им демократический имидж и дискредитировать попытки бывших соратников перетянуть к себе консервативных избирателей.

В эрдогановской Турции уже сложилась традиция решать наиболее сложные внутриполитические кризисы с помощью конституционных референдумов. Турецкое общество отлично знакомо с такими играми с Конституцией и принимает их. Конституционные референдумы, коренным образом менявшие Основной закон страны, проходили в Турции в 2007, 2010, 2017 годах, и Эрдоган всегда выходил победителем, подгоняя законодательство под свои нужды с помощью демократических процедур. Пытаясь найти выход из нынешнего кризиса, он может остаться верным этой традиции. 

следующего автора:
  • Кирилл Жаров