В Японии приступил к работе новый кабинет министров под руководством Ёсихидэ Суги, и, судя по всему, российско-японские отношения вернулись к своему нормальному состоянию — то есть практически не развиваются. Нет прогресса в заключении мирного договора, граждане относятся друг к другу прохладно, но каждая из стран считает другую важным соседом. Советско-японские и российско-японские отношения были такими все время после окончания Второй мировой войны. Нравится нам это или нет, реальность именно такова.

Уроки эпохи Абэ

Период с 2012 по 2020 год, когда у власти было правительство Синдзо Абэ — дольше, чем все другие правительства в истории конституционного государства в Японии, — был исключением, но даже Абэ в конечном счете не удалось добиться значительных результатов на российском направлении. Притом что Абэ выделялся даже на фоне остальных премьеров, рьяно бравшихся за решение территориальной проблемы, своей абсолютной приверженностью этой теме. Все время его правления интерес СМИ к российско-японским отношениям и в особенности к возможности решения проблемы спорных территорий (в России спорные острова называют Южными Курилами, в Японии — Северными территориями) был крайне высок, встречи на высшем уровне премьер-министра Абэ и президента Путина обычно широко освещались. Высказывания Путина по поводу территориальной проблемы то радовали, то повергали в уныние японские СМИ и японских граждан.

Для премьера решение проблем, существующих в российско-японских отношениях, и подписание мирного договора было в том числе и личным делом. В 1980-х его отец, бывший министр иностранных дел Японии Синтаро Абэ, тоже пытался урегулировать советско-японские отношения, пока не заболел и не отошел от дел. Говорят, что сын выполнял последнюю волю отца. Да и сам премьер-министр Абэ заявлял об этом публично. Однако у его приверженности идее решения этой внешнеполитической проблемы были и другие причины. В частности, она была важной частью стратегии премьера и его окружения.

В одном из интервью уже бывший премьер-министр Абэ вспоминает, что «стратегическое решение основывалось на идее не допустить, чтобы Россия склонилась на сторону Китая», это был основной принцип политики правительства. Нобукацу Канэхара, человек № 2 в Совете безопасности Японии, считает «политику поддержания глобального стратегического баланса с учетом усиления Китая» успехом дипломатии Абэ. Подход к отношениям с Россией был определен тем же контекстом.

Если исходить из того, что отношения Японии и Китая основаны на долгосрочной конкуренции и противостоянии, все важнее для Японии со стратегической точки зрения становится налаживание отношений с Москвой — Япония должна во что бы то ни стало избегать одновременной конфронтации с Китаем и Россией. В теории такая стратегия выглядела чрезвычайно рациональной и понятной. Но в политической и дипломатической действительности все оказалось не так просто.

Во-первых, для России отношения с Китаем на порядок важнее отношений с Японией. Другими словами, Россия не станет приносить в жертву отношения с Китаем, чтобы укрепить отношения с Японией. И речь не о том, что Япония для России не важна. Просто России слишком дорого может обойтись ухудшение отношений с Китаем, с которым у нее протяженная сухопутная граница.

Во-вторых, размышляя о российско-японских отношениях, необходимо учитывать не только Японию, Россию и Китай. Еще один серьезный игрок, оказывающий влияние на российско-японские отношения, это США. С 2014 года, когда был присоединен Крым, и до сих пор российско-американские отношения настолько плохи, что хуже они были только во времена холодной войны.

Япония объясняет, что японо-американский союз не направлен против России и не несет в себе угрозу для России. И за этим объяснением не скрывается никакой подоплеки. Японская сторона именно так и считает. В самом деле, вряд ли кто-нибудь из японцев думает, что нынешний союз Японии и США направлен против России. Но Россия, разумеется, не может всецело поверить этим словам. Для России японо-американский альянс — это союз с США, а значит, и с НАТО, что противостоит России в Европе, — и американский форпост у ее границ. Соответственно, плохие российско-американские отношения будут сдерживать развитие российско-японских отношений. Когда встал вопрос о возможности размещения американских войск на спорных островах в случае, если часть из них будет передана Японии, для России это оказалось чрезвычайно серьезной проблемой.

Так что пространство для стратегического маневра у Японии действительно было крайне ограничено. И все же на стратегическом ландшафте северо-восточной Азии появилось, хоть и в несколько ограниченной форме, новое направление — российско-японские отношения. Япония прежде всего стремилась избежать ситуации, когда она стала бы мишенью для критики одновременно с двух сторон — России и Китая — в связи с территориальными и историческими проблемами. Сам факт, что развитие российско-японских отношений вызвало обеспокоенность Китая, уже был важным стратегическим посланием для Японии.

Важно и то, что для России, которая хотела избежать чрезмерной зависимости от Китая и сохранить самостоятельность в своей политике по отношению к Азии, отношения с Японией оказались одной из альтернатив. Вероятно, поэтому, а также из-за экономической поддержки и инвестиций в российский Дальний Восток, в том числе в спорные территории, правительство Путина стало придавать российско-японским отношениям гораздо больше значения.

Вызовы, с которыми столкнется Суга

Хотя премьер-министр Суга заявил, что будет продолжать политику Абэ в отношении России, не совсем понятно, что он имеет в виду. Сам Суга заявляет, что будет строить стабильные отношения со странами-соседями, в том числе Россией и Китаем, но все зависит от того, как понимать эти «стабильные отношения». Хотя правительство публично не подтверждает, что значение российско-японских отношений уменьшилось, мы, скорее всего, сильно удивимся, если окажется, что Суга так же лично заинтересован в развитии диалога с Россией, как был Абэ.

Однако, какова бы ни была политическая ситуация, Японии важны отношения с Россией. Или, если сформулировать по-другому, Японии следует избегать ухудшения отношений с Россией и более явных, чем сейчас, противоречий. Правительство Суги должно извлечь уроки из опыта правительства Абэ при пересмотре своей российской политики. И здесь необходимо рассмотреть три вопроса.

Первое — критический подход к России. Даже если отрицать, что правительство Абэ придерживалось описанной выше стратегии, нельзя было не заметить, что оно изо всех сил старалось избегать тем, которые России были неприятны. Япония последней из стран «Большой семерки» поддержала санкции из-за присоединения Крыма. Кроме того, Япония последовательно старалась не делать жестких заявлений в связи с покушениями на отравление бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля и лидера оппозиции Алексея Навального. Япония хотела продемонстрировать России, что принимает ее позицию во внимание.

Тем не менее непонятно, что Япония получила взамен. Прежде всего, неясно, как оценила российская сторона такое внимание к себе. Верна ли тактика стараться не раздражать Россию, или наоборот — лучше делать (или демонстрировать готовность сделать) что-то, что может ей не понравиться? Есть мнение, что российской политике силы лучше противопоставить второй вариант, потому что иначе Россия не воспринимает партнера всерьез или по меньшей мере относится к нему свысока.

К тому же стоит отметить, что нынешнее состояние российско-японских отношений Москву не сильно беспокоит. Другими словами, необходимости торопиться с решением территориального вопроса у нее нет. Более того, если в условиях фактической приостановки диалога по мирному договору Япония будет продолжать, пусть и в небольшом объеме, оказывать экономическую помощь Дальнему Востоку и инвестировать в этот регион, то для российской стороны ситуация будет складываться благоприятно, и вполне естественно, что она не захочет ничего менять. Мы должны прямо взглянуть фактам в лицо. Текущее положение дел не устраивает Японию, она должна тверже обозначать, что перемены необходимы, и эти перемены в интересах России.

Второй момент — как сделать США союзником в вопросах улучшения российско-японских отношений, заключения мирного договора и решения территориальной проблемы. Улучшению российско-японских отношений во многом мешает ситуация в российско-американских. Мне доводилось слышать мнения о том, что именно сейчас, когда российско-американские отношения ухудшились, Москве нужен Токио, и это шанс для российско-японских отношений. В некоторых частных случаях, может быть, так и есть, но в целом это иллюзии. Япония — союзник США, на территории Японии находится крупный американский военный контингент, поэтому Россия не сможет полностью отделить свои отношения с США от отношений с Японией. Эта ситуация не изменится, что бы там ни говорили.

Попытка изменить российско-американские отношения для улучшения собственных отношений с Москвой означала бы, что Япония действует только в своих интересах, да и цель в этом случае была бы несоразмерна приложенным усилиям. Важно другое. Необходимо нарисовать своему союзнику, США, полную картину и объяснить, что улучшение российско-японских отношений, в том числе и решение территориальной проблемы, в интересах не только Японии, но и японо-американского альянса и самих США. Пока США не вовлечены в процесс, они будут оставаться фактором, препятствующим российско-японскому диалогу. В связи с этим необходимо больше обсуждать с Вашингтоном тему российско-японских отношений.

Третий и самый важный момент — формирование нового консенсуса внутри Японии. Из-за того, что позиция правительства Абэ на переговорах с Россией не предавалась широкой огласке, оставалось непонятным многое: требует ли правительство, как и прежде, возврата четырех островов или, как широко сообщалось в СМИ, уже только двух, и, если это так, в какой момент оно изменило свои требования? В целом мало кто в Японии выступает против самой идеи возвращения спорных территорий. Однако стало окончательно ясно, что эта цель останется долгосрочной.

Предметом ожесточенных дискуссий неизбежно станет вопрос о том, насколько приоритетной должна быть тема возврата территорий и каким был бы здесь наиболее реалистичный путь. Важно настаивать на решении территориального вопроса на основе международного права, и очевидно, что нынешнее и последующие японские правительства будут продолжать это делать. Не остается ничего иного, кроме как поднимать вопрос до тех пор, пока он не будет решен. С другой стороны, если мы принимаем то, что вернуть территории в краткосрочной и среднесрочной перспективе затруднительно, необходимо по-новому определить цели и расставить акценты в российско-японских отношениях. Некоторые наверняка сочтут, что если возврат спорных территорий сейчас невозможен, то не следует тратить ресурсы на отношения с Россией. Обсуждение этого вопроса только началось, и нам необходима открытая дискуссия. Именно потому, что Ёсихидэ Суга не настолько лично заинтересован в российско-японских отношениях, как предыдущий премьер-министр, есть надежда, что ему удастся справиться с этим важным делом.

следующего автора:
  • Michito Tsuruoka