Московский Центр Карнеги
- Ресурсы Карнеги
Другие разделы
Карнеги в мире
- Carnegie–Tsinghua Center for Global Policy
- Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center
Коронавирус не обошел стороной Закавказье и Центральную Азию. Однако некоторые страны этого огромного региона, судя по всему, справляются с социальными, экономическими и политическими последствиями пандемии лучше других
Рост китайского влияния в странах Центральной Азии и его распространение с экономики на другие сферы вызывает отторжение и беспокойство и внутри, и вне региона. Чем активнее Пекин станет расширять там свое влияние, тем сильнее будет сопротивление
Сейчас вступление в ЕАЭС для Узбекистана действительно выглядит решением, которое лучше оставить на потом, пока не станет ясно, сможет ли страна с приемлемыми затратами подготовить для этого свою экономику. А статус наблюдателя, да еще и преподнесенный как решение парламента, – способ хоть как-то избежать раздражения Кремля
Соревнования между пропрезидентскими партиями – это еще не показатель реальной либерализации режима. Партии активно критиковали друг друга, но в адрес правительства звучали только осторожные замечания. Независимо от партийной принадлежности политики списывали все проблемы на решения «предыдущих 25 лет», единогласно поддерживали курс нынешнего руководства и даже не пытались ему оппонировать
Усилия Узбекистана помогли добиться того, что нынешний ташкентский саммит, в отличие от большинства подобных встреч, был лишен конфронтационных настроений и взаимной отчужденности. Но саммит без России еще не означает, что Центральная Азия хочет куда-то уйти в геополитическом смысле, скорее – просто заняться собой
Китай всегда считался удобным партнером для стран Центральной Азии, потому что в обмен на свои вложения не требовал практически ничего. Однако в отличие от стран Запада, которые предварительно проговаривают условия сотрудничества, с Китаем существуют негласные правила. Среди них – табу на признание проблем в отношениях
Судьба будущего руководства Афганистана и неизбежного создания переходного правительства, в состав которого могут войти талибы, не обязательно будет зависеть от результатов нынешних президентских выборов. Во-первых, вряд ли имя победителя станет известно уже в первом туре. А во-вторых, зная характер афганских выборов, можно предположить, что до второго тура дело даже не дойдет
Атамбаев был уверен в благоприятном исходе. В его активе были крупнейшая партия в стране, популярные СМИ, сторонники. Но его преемник Жээнбеков не стал принимать вызов публично, а вместо этого сосредоточился на тихих, но эффективных аппаратных мерах
Четвертый киргизский президент встал в ряд изгоев в собственной стране, в котором уже давно заняли свое место первый и второй президенты. Как бы теперь ни развивались дальнейшие события в Киргизии, ее демократическому имиджу нанесен серьезнейший урон
Оба бывших президента – типичные клановые лидеры с заметным количеством сторонников. Оба наглядно показывают, насколько непростым и рискованным занятием по-прежнему остается процесс передачи власти на постсоветском пространстве