1 октября 2010 г. скончался Георгий Аркадьевич Арбатов (1923-2010), академик РАН, основатель и первый директор Института США и Канады АН СССР/РАН, выдающийся эксперт-международник. Московский Центр Карнеги выражает искренние соболезнования всем друзьям, близким и коллегам Георгия Аркадьевича. 

Георгий Арбатов (1923-2010)

Дмитрий Тренин, директор Московского Центр Карнеги

Георгий Аркадьевич Арбатов — человек-эпоха. С его именем связан целый этап осмысления внешнего мира и формирования внешнеполитического сознания в Советском Союзе. Изучая США и — через призму их политики и советско-американских отношений — мировые реалии, советские международники 1960-80-х гг. постепенно уходили от штампов партийной пропаганды и догм марксизма-ленинизма и учились мыслить сложными категориями. В этом процессе они не только создали новую литературу, но и выработали новый современный язык, которому они пытались обучать высшее политическое и военное руководство страны.

Как советник и отчасти наставник нескольких генсеков КПСС, академик Арбатов вместе с другими просвещенными деятелями — сотрудниками ЦК, дипломатами — стремился придать советско-американским отношениям цивилизованный, предсказуемый характер, исключить гибельное лобовое столкновение СССР и США. Разрядка и контроль над  вооружениями стали возможны во многом благодаря их усилиям. Этим людям — многие из них, как Арбатов, были участниками Великой Отечественной — мир должен быть благодарен за то, что «холодная война» так и осталась холодной.

В годы перестройки Георгий Арбатов стал одним из авторов и проводников нового политического мышления — отказа от конфронтации, демилитаризации международных отношений, формирования структур совместной безопасности. Ему достало мужества и энергии отстаивать новые подходы — в частности, по проблеме демилитаризации внешней политики страны — в жесткой полемике с влиятельными оппонентами, которые привыкли опираться в основном на военную силу. В итоге Георгий Арбатов нажил себе врагов, но в том, что из «холодной войны» все же нашелся выход, есть и его заслуга.

Главным материальным наследием Г. А. Арбатова остается созданный им в 1967 г. Институт США и Канады Академии наук. Для работы в институте Г. А. Арбатов сумел найти самых лучших и способных исследователей. Занимаясь Соединенными Штатами, они держали в уме собственную страну. Впоследствии из ИСКАНа вышла целая плеяда известных государственных, политических и общественных деятелей, дипломатов, публицистов. Те же, кто остался в «Арбатовском институте», как его называли в стране и за рубежом во времена СССР, продолжают дело его основателя. Они изучают другую страну с пользой для собственной.

Эпоха Георгия Арбатова ушла в историю. Нет ни КПСС, ни СССР, а российско-американские отношения приобрели совершенно иной характер и вес в современной системе международных отношений. Нынешние президенты России и США представляют поколение, которое ни в каком виде в «холодной войне» не участвовало. Многое из того, что академик Арбатов отстаивал в ожесточенной полемике, сегодня считается общепризнанным и никем не оспаривается. Но остался след в истории СССР, вклад в настоящее современной России, а также память коллег, учеников, всех тех, для кого Георгий Аркадьевич Арбатов был и будет знаковой фигурой.

Памяти Георгия Арбатова

Наталия Бубнова, заместитель директора Московского Центра Карнеги по связям с общественностью

Умер Георгий Аркадьевич Арбатов, один из ведущих общественно-политических деятелей ХХ века, человек, оказавший непосредственное влияние на формирование современных российско-американских отношений. Для всех нас, нынешних и бывших сотрудников его Института США и Канады, это большая личная утрата. 

Георгий Аркадьевич создал Институт США и Канады и был его бессменным руководителем на протяжении тридцати лет. Основанный в конце 60-х, на заре «разрядки», ИСКАН под руководством Г. А. Арбатова прокладывал, протаптывал тропинку к нормальной международной жизни, когда даже мечта о ней представлялась опасной, невозможной. Значение и роль Института в Советском Союзе сопоставимы со значением и ролью в Соединенных Штатах Агентства по контролю над вооружениями и разоружению, являвшегося противовесом Пентагону и ЦРУ. ИСКАН — потом ИСКРАН — предлагал и продвигал альтернативу международным отношениям, построенным на силе и подавлении, последовательно выступал «за безъядерный мир, за выживание человечества» — так назывался огромный конгресс, инициированный Михаилом Горбачевым в середине 1980-х, который Институт США и Канады организовывал совместно с Институтом космических исследований.

Институт США и Канады был одним из тех советских НИИ, где, несмотря на время застоя, расцветала мысль, где свободный обмен идеями был образом жизни, где создавались смыслы. Как в «Шильонском узнике» Байрона — «Eternal spirit of the chainless mind brightest in dungeon». Это был главный — наряду с Институтом мировой экономики и международных отношений — «мозговой центр» в сфере внешней политики. Георгий Аркадьевич сформировал коллектив Института, поддерживал его, подпитывал его своей волей. Мы чувствовали себя равными среди равных. И этим мы были обязаны ему. В Институте не было начетничества, формализма, казенщины. Во времена сплошных собраний мы каким-то образом обходились без многочасовых бессмысленных заседаний. Я помню, как-то в канун праздника 7 ноября Георгий Аркадьевич в своей манере открыл собрание. Всё, что он сказал вместо длинных речей, — это: «Вы молодые, сейчас будете танцевать, а я буду работать в кабинете, слушать и радоваться. Желаю вам хороших праздников!»

Мы были как одна семья. Институт принимал «не вписавшихся»: в МИД, номенклатурные структуры, в крутые жизненные повороты непростого времени. Какие бы ни были проблемы снаружи — все рассасывалось, когда мы приходили туда. Это было необыкновенно теплое дружеское общение с умными, интересными людьми, взаимопомощь, взаимная поддержка. Мы, работавшие в Институте десять, двадцать и более лет назад, до сих пор встречаемся, знаем друг про друга, следим за тем, что происходит в жизни бывших коллег.

В эти дни мы можем, хоть это и трудно, постараться думать не только о том, что ушел человек — выдающийся человек, но и о его большой и хорошей жизни, о том, что он сделал для страны и международных отношений, для окружающих людей, для своих коллег. Годы работы под его руководством были для многих лучшими в жизни, за что мы всегда будем ему бесконечно благодарны.

О Георгии Арбатове 

Роберт Легволд, почетный профессор политологии Колумбийского университета (США), член Попечительского совета Фонда Карнеги за Международный Мир, директор инициированной Фондом Карнеги Евро-Атлантической инициативы в области безопасности (EASI)

С кончиной Георгия Аркадьевича мы лишились — хотя в истории его имя, конечно же, останется — одного из немногих высокопоставленных деятелей периода «холодной войны», смягчавших остроту этого противостояния здравомыслием и сдержанностью. Ему это удавалось благодаря мощи его интеллекта, глубокому, творческому, трезвому и искусному анализу актуальных проблем своего времени, мудрым советам — увы, не всегда принимавшимся во внимание, — которые он давал лидерам своей и моей страны в течение двух с лишним десятилетий. Впрочем, пожалуй, самый уникальный его вклад — это несколько поколений аналитиков, которых Георгий Арбатов собрал, вдохновлял и защищал в стенах созданного им института. Эта когорта молодых ученых показывала советской стороне Соединенные Штаты во всей их сложности, а зачастую и противоречивости, но тем не менее как страну, с которой — несмотря на все трудности — стоит сотрудничать в реальном мире, свободном от упрощенных стереотипов.