Визит председателя КНР Си Цзиньпина в Россию связан с двумя вопросами: отношениями между великими державами на мировой арене и расширением благоприятных возможностей в экономике. Приоритеты российского президента Владимира Путина примерно аналогичны китайским.

Хотя конкретные интересы Китая и России могут различаться, у двух стран есть достаточно точек соприкосновения, чтобы обеспечить еще более тесное сотрудничество Пекина и Москвы в ближайшие годы. Китайско-российский тандем сильно недотягивает до альянса, но он явно становится одним из факторов в мировой политике.

Дмитрий Тренин
Дмитрий Тренин, директор Московского Центра Карнеги, является председателем научного совета и руководителем программы «Внешняя политика и безопасность».
More >

И Китай, и Россия, расценивая себя как независимые — хотя и неравные — центры силы, стремятся ограничить влияние США в мире. Пятый саммит стран БРИКС в Дурбане, в котором Си Цзиньпин и Путин примут участие после встречи в Москве, — основная площадка для продвижения «незападной» программы. Россия слишком слаба, а Китай все еще чересчур «замкнут в себе», чтобы вести эффективную кампанию за «постамериканский мир» поодиночке. Но когда они объединяют усилия, их линия выглядит более убедительной.

У каждой из двух стран есть собственные проблемы с Соединенными Штатами. Путин придал российскому «официальному патриотизму» явный антиамериканский оттенок и в настоящее время активно ликвидирует сохранившиеся элементы влияния США внутри страны, например связанные с финансовой помощью неправительственным организациям.

В Китае этой проблемы не существует. Но его руководство обеспокоено тем, что «поворот» Вашингтона в сторону Азии может быть продиктован стремлением сдержать «взлет» КНР.

Заявление администрации Обамы об увеличении количества ракет-перехватчиков на Аляске, сделанное после недавних ракетных пусков и ядерных испытаний в Северной Корее, означает, что китайские ядерные силы теперь окажутся в более уязвимом положении.

В вопросе о противоракетной обороне Пекин явно хочет видеть больше проявлений солидарности со стороны России, и Путин не может это игнорировать. Хотя Москва, вероятно, довольна отказом Вашингтона от реализации четвертого этапа развертывания системы ПРО в Европе, она не выразила удовлетворения в связи с этим решением Обамы.

Времена, когда Москва и Вашингтон могли договориться о сотрудничестве в области ПРО в Европе без участия Китая, возможно, уже ушли в прошлое. Теперь Россия проявляет озабоченность не только в связи с натовской региональной системой ПРО, но и с усилиями США по созданию противоракетной обороны мирового масштаба.

Китай также хочет, чтобы Россия встала на его сторону в споре с Японией из-за островов Дяоюйдао — под лозунгом борьбы с ревизией результатов Второй мировой войны, которые российские политики и общество считают «священными» и неприкосновенными. Сама Москва сталкивается с притязаниями Токио на четыре острова к северу от Хоккайдо, которые находятся в составе России с 1945 года. Однако поддержка Китая в территориальном споре с Токио приведет к резкому ухудшению российско-японских отношений, которые Москва, напротив, стремится улучшить. Поэтому Путин, готовый к пограничному урегулированию с Японией в той или иной форме, вряд ли пойдет на серьезные уступки своему китайскому гостю в этом вопросе.

Укрепления сотрудничества можно ожидать в сфере поставок оружия и передачи технологий. Китай больше не хочет покупать российские системы вооружений в «готовом» виде и стремится заполучить новейшие военные технологии России. Поскольку развитие оборонной промышленности является одной из приоритетных задач Путина, Москва может пойти на повышение уровня технического и промышленного сотрудничества с Китаем. Это также позволит получить дополнительные средства для модернизации российской военной составляющей.

В экономической сфере двусторонних отношений Китай заинтересован в расширении доступа к сырьевым ресурсам России, в том числе нефтегазовым. Хотя соглашение двух стран по строительству газопровода, вероятно, будет дорабатываться еще несколько месяцев, Кремль, как утверждается, уже принял решение о диверсификации экспортных поставок «Газпрома», в настоящее время почти полностью идущих в Европу.

Развитие китайско-российских отношений в эпоху Си Цзиньпина — Владимира Путина, скорее всего, примет форму тандема, где движущей силой будет Пекин, хотя Россия и не поступится своей самостоятельностью. Россия станет стратегическим «тылом» и сырьевой базой Китая. В то же время сотрудничество с Пекином усилит международные позиции Москвы и принесет ей финансовые доходы.

Со временем, по мере возрастания могущества Китая, центр тяжести в двусторонних отношениях будет все больше смещаться в сторону более сильного партнера. Тем не менее сотрудничество может сохраниться, если Пекин не будет задевать гордость России и покушаться на ее суверенитет в пределах собственных границ. Со стороны Китая было бы также разумно не наступать России на «мозоли» в Центральной Азии, где влияние Москвы неуклонно слабеет.