Проект бюджета на 2018 год обсуждается и дорабатывается с июля. В минувшую среду на заседании правительства в присутствии президента он был окончательно одобрен и 29 сентября поступил в Госдуму на утверждение. Финансист, управляющий фондом Андрей Мовчан, директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги, размышляет об основных положениях нового бюджета.

Андрей Мовчан
Андрей Мовчан — приглашенный эксперт Московского Центра Карнеги, основатель группы компаний по управлению инвестициями Movchan’s Group.
More >

Дефицит бюджета для нас не новость. Дефицит ни для кого в мире не новость. Современная мировая экономика так устроена, что страны с удовольствием живут в режиме дефицита бюджета, и не только потому, что ставки процента низки и занимать сейчас выгодно, но еще и потому, что во всем мире накопилось достаточно много социальных обязательств, и пока никакого более хорошего способа их финансировать, чем занимать у тех, у кого больше денег, не придумано. Россия здесь не исключение.

Дефицит бюджета, к слову, у нас не очень большой – 1,5 трлн, это меньше 2% ВВП. Это, правда, федеральный дефицит. Пока еще непонятно, какой дефицит будет на консолидированном уровне, но думаю, цифра не сильно увеличится. Даже если к концу года дефицит бюджета на консолидированном уровне составит 2,5-3% от ВВП – это вовсе не ужасающая цифра. Не разрушающая государство, не лишающая его управляемости и возможности осуществлять основные функции, тем более что внутренний долг у нас низкий – значит, можно занимать средства.

Согласно проекту, основными направлениями расходов федерального бюджета РФ в 2018-2020 годах станут социальная сфера, оборона и поддержка национальной экономики. По словам главы Минфина РФ Антона Силуанова, бюджет на этот период сосредоточен на двух главных задачах –  стимулировании роста экономики и инвестиций, а также обеспечении всех социальных обязательств государства – однако из проекта бюджета следует прямо обратное.

В проекте треть расходов идет на социальную сферу. Но по факту денег на нее предусмотрено меньше, чем в прошлом году (4,86 трлн руб. против 5 трлн в 2017-м). Между тем, социальная сфера до сих пор была священной коровой. Социальную сферу мы были не готовы сокращать (впрочем, всегда любили сократить расходы на такие важные сферы, как здравоохранение и образование).

Судя по всему, государство чувствует себя более уверенно, оно все меньше ждет протестов или возмущений. И, конечно, денег действительно мало. Но аппетиты самого государства все время растут – иначе и не может быть в феодально-бюроктарической системе, в которой бюджет формируется в результате борьбы за финансирование между могущественными кланами. Какие кланы стали сильнее в этом году? В первую очередь – так называемые «силовые». Снова растут расходы на оборону. В какой-то момент возникала иллюзия (по трехлетнему бюджету, по предыдущим годам), что оборонные расходы будут адаптированы к новой реальности: ведь нефть уже не стоит 100$ за баррель, ВВП страны не превышает ВВП Мексики, поэтому мы не можем тратить на вооружение, на армию столько, сколько тратили до 2014 года. Но в следующем году наши власти опять решили немножко повоевать за социальный счет. Естественно, это плод подковерных процессов, которые происходят на самом верху.

А в целом структура бюджета мало отличается от бюджетов предыдущих лет – и по доходам, и по расходам. И это говорит о том, что, в каком-то смысле, стабильность все же присутствует в нашей жизни. С одной стороны, это означает, что нет катастрофы в экономике. С другой стороны – с каждым таким бюджетом все меньше надежды на перемены…

Оригинал статьи был опубликован на Инвест-Форсайт