Бывают некоторые трагические символические совпадения: в начале первого срока Владимира Путина, 12 августа 2000 г., затонула атомная подводная лодка «Курск», спустя 19 лет в начале четвертого срока президента, 8 августа 2019 г., случилась авария на полигоне в Архангельской области и при испытании «специзделия» погибло пять сотрудников Саровского ядерного центра. Детали катастрофы до сих пор неясны, как непонятны и ее последствия: поведение властей пугающим образом напомнило Чернобыль-1986. Жизнь в очередной раз подло подражала художественному вымыслу, хотя сериал «Чернобыль» в высокой степени приблизился к реальности в подражании ей. Фильм-напоминание оказался самосбывающимся прогнозом: власти врали в 1986-м, почему бы им не врать сейчас? Никто не знает правды: действительно ли это ядерная батарея (официальная версия) или «горела, падая» мультяшная ракета из кремлевской Дисней-студии.

Андрей Колесников
Андрей Колесников — руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского Центра Карнеги.
More >

1 июля 2019 г. четверо моряков-подводников погибли на батискафе «Лошарик», тоже испытывая что-то необычайно секретное. Секретность гробит людей и множит число катастроф.

Что делает в конце того же месяца президент? Опускается в батискафе на дно Финского залива, чтобы осмотреть подводную лодку времен Великой Отечественной. Музей под открытым морем. Что с ней произошло? Она утонула.

Как-то слишком много неделикатных аллюзий.

Погружение 27 июля было призвано в том числе проигнорировать московские протесты – месседж оказался слишком прост. 3 августа, во время второго московского протеста, президент записал обращение к участникам V Армейских международных игр. 10 августа, когда на пр-т Сахарова вышло 60 000 человек, глава государства переселился в анекдот времен застоя, только вместо Брежнева в него был помещен в качестве персонажа Путин: «Не знаю, кто проехал, но шофер у него сам Путин».

Катание на мотобайке с Хирургом в Крыму в момент очередной росгвардейской акции, вытоптавшей сквер у администрации президента, выглядело как демонстрация того, президентом какой части нации является Путин, а какой не является. Но это полбеды. Как и в трагические дни «Курска» главы государства не было там, где произошла катастрофа и повысился радиационный фон. И где люди затаривались не солью и спичками, а йодом. Судя по всему, это бегство не только от протестов, но и от проблем и катастроф, которых становится все больше.

Наводнением в Иркутской области он занимался, пожарами в Сибири – нет. На затонувший батискаф «Лошарик» обратил внимание, на гибель ядерщиков-испытателей – нет. Или это ситуация, которую завотделом происшествий в одной ежедневной газете описывал как «меньше 10 трупов – заметку не пишем», или сознательное отвлечение внимания от плохих новостей. Ведь если глава государства игнорирует новость, значит, события не было.

Нередко президент именно таким образом реагирует на новости, которые либо слишком плохи, чтобы ассоциировать себя с ними, либо они являются для него и его команды необъяснимыми и шокирующими. Он не знал, как расшифровать (и долго молчал) Болотную. А затем сформулированный ответ пришел после мая 2012 г. в виде «болотного дела» и появления нескончаемой серии репрессивных законов третьего срока.

Президенту нечего сказать по поводу нарушения конституционного права граждан избирать и быть избранными. Если и были удивление и ступор, то они давно должны были пройти. Сознательное молчание и, соответственно, молчаливое одобрение противозаконных действий силовиков, следователей, судов, избирательных комиссий – это ведь тоже ответ. Автократы умеют молчать со значением, и не нужно владеть специальной кремлевской азбукой, чтобы понять: есть народ, который «заводят» мотоциклы и военно-морские парады, – это народ действующего президента, – а есть тот фрагмент нации, который не может быть удостоен даже диалога.

Для одной части нации – шашлык. Для другой заготовлены дубинки, унылые члены ЦИКа и судьи в форме каучуковых штампов. А потом ведутся тщательные подсчеты: шашлыков должно быть сожрано больше, чем граждан, вышедших на улицы. На смену «Идущим вместе» идут «Жрущие вместе» – символ обывательского равнодушия. А равнодушие – это то, на чем держится долгие годы российский политический режим.

Это сознательный раскол нации. Война государства против общества граждан, когда президент перестает быть гарантом Конституции в противоречии со ст. 80 Основного закона.

Все потому, что мы «не хотим» как в Париже, как в Киеве, как в Бишкеке, как в Ереване, как в Тбилиси... Мы ничего не хотим, лишь бы у власти десятилетиями оставались одни и те же люди, откупаясь от нации шашлыками.

Впрочем, теперь руководству страны впору спросить у всей остальной России: «Вы что, хотите как в Москве?»

Оригинал статьи был опубликован в газете Ведомости