После 10-летнего перерыва в российскую политику снова вернулся второй тур. Многие годы это словосочетание оставалось в пассивном словарном запасе и не использовалось для описания реального избирательного процесса. Власти относились ко второму туру с сильной неприязнью, не без оснований полагая, что он означает почти автоматическую победу кандидата от оппозиции. Поэтому 10 лет вторых туров в России практически не было. Выборы губернаторов были отменены в 2005 году (тогда прошел последний губернаторский второй тур в Ненецком автономном округе), голосование за одномандатников в Госдуму — тоже. Мэры большинства городов выбирались за один подход — кто с первого раза больше набрал, тот и выиграл. Редчайшие исключения только подтверждали, что власти правильно не доверяют вторым турам: именно во втором туре на выборах мэра Ярославля победил оппозиционный кандидат Евгений Урлашов.

После возвращения губернаторских выборов стали ходить осторожные разговоры о возможном возвращении вместе с ними и второго тура: а вдруг? Близкие к власти эксперты начали называть регионы с «конкурентным сценарием» (что было делать, если о конкурентных выборах все время говорит первый замглавы администрации президента Вячеслав Володин), осторожно уточняя, что действующие главы победят с первого раза, но, возможно, с небольшими проблемами. Так же аккуратно они высказывались и в этом году — предполагалось, что некоторые неприятности могут возникнуть у губернаторов в Омской и Иркутской областях, но главы все равно изберутся.

Но привычные схемы не сработали. После выборов губернаторов 13 сентября в Иркутской области впервые за три года после их возвращения пройдет второй тур. Мало того, на грани второго тура оказались еще два региона: Марий Эл (50%-ный барьер превышен всего на 0,7%) и Амурская область (на 0,6%). Все обсуждают — почему так вышло, кто виноват и что делать? При разборе полетов у каждого региона находятся разные локальные беды, и на этом обычно рассуждения останавливаются — разное и разное. За скобками остается то, что мнение президента, поддержавшего выдвиженцев «Единой России», оказалось на втором плане.

За три года губернаторских кампаний вырисовался их обычный сценарий — президент назначает действующего главу или нового человека временно исполняющим обязанности, и тот в новом статусе идет на выборы. «Президент доверил» — это называется так, фраза не раз повторяется в разных интервью врио. Возможные местные противники из числа амбициозных, но послушных сразу отказываются выдвигать свои кандидатуры против «человека президента». Кандидат встречается с Владимиром Путиным, это показывают по местному телевидению не раз и не два.

На голосовании врио губернатора получают обычно около 60%-70% голосов. В Костроме в предвыборных газетах единоросса Сергея Ситникова прямо заявили на первой полосе: «Решение президента». Чтобы никаких сомнений у избирателя не было — как же поспоришь с Путиным, решил так решил. Именно поэтому второй тур или ситуация на его грани были просто невозможны.

Система работала и не давала сбоев. Конечно, чересчур дерзких и опасных конкурентов отсекали с помощью муниципального фильтра, поэтому постепенно партии стали выдвигать удобных спарринг-партнеров, но губернатор — ставленник президента, иначе зачем все эти встречи, — свой процент имел. Серьезных отклонений было только два — Сергей Собянин в Москве, получивший чуть более 50% в 2013 году, и глава Алтая Александр Бердников. Объяснения были понятны — Москва протестный город, выдвинулся Навальный. У Бердникова тоже был сильный конкурент — бывший глава местного правительства Владимир Петров.

В этом году схема сломалась: в одном регионе пройдет второй тур, еще два - оказались на грани. Из 21, где были выборы, это немало, больше 10%. Иркутская область подгоняется под московскую схему: протестный регион, сильный конкурент — коммунист Сергей Левченко, подкачали политтехнологи. Возможно, и так, но в двух других случаях такое объяснение явно не работает. Против главы Марий Эл Леонида Маркелова КПРФ выдвинула варяга из Кировской области, депутата Госдумы Сергея Мамаева, который до этого отношения к региону не имел. Главным конкурентом амурского губернатора Александра Козлова был вообще депутат Госдумы от ЛДПР Иван Абрамов, на прошлых выборах главы региона набравший всего 8%, — то есть к сильным противникам он явно не относится.

Да, считалось, что от главы Марий Эл Леонида Маркелова люди подустали (а тут он еще прославился своими заявлениями об уничтожении дороги в негостеприимное село Шимшурга), а амурский губернатор Александр Козлов — не самая яркая публичная персона. Наверное, там тоже как-то напортачили технологи. Но таких кандидатов — успевших надоесть старожилов либо чиновников — серых мышек — раньше тоже было в избытке, но они набирали хороший процент без проблем, и ни о каких вторых турах речь не шла. И Маркелова, и Козлова поддержал президент, и этого должно было хватить. Должно было, но теперь такой поддержки явно не хватает.

Еще год назад она была последней инстанцией — поднимающей мертвого, дающей победу сильному над, может быть, сильнейшим, позволяющей списывать любые ошибки. «Фактор Путина» — охотно объясняли эксперты победы губернаторов и единороссов над конкурентами и до Крыма, и тем более после него. «Победил не глава области, а президент» — особенно это касалось не самых популярных чиновников.

Однако теперь свои нужды или даже свое мнение оказываются важнее телевизионных посиделок президента с губернатором. Человек может считать Путина молодцом во внешней политике, «защитником интересов», но, например, лично Маркелов ему не нравится, или больше нравятся лозунги его конкурента, и с этим президент уже ничего поделать не может. Одобрительное слово главы государства помогало губернаторам, единороссам, на нем стояла вся выборная (или полувыборная, тут как кому угодно) система России. Сейчас оно явно уходит на второй план, причем в не самый удобный для власти момент — через год выборы в Госдуму, ситуация в экономике не улучшается. Избиратель начинает гневаться, возмущаться — и голосует как хочет и как может. Сердцем, например, или просто назло.

Андрей Перцев — журналист, сотрудник ИД «Коммерсантъ»

следующего автора:
  • Андрей Перцев