Атамбаев был уверен в благоприятном исходе. В его активе были крупнейшая партия в стране, популярные СМИ, сторонники. Но его преемник Жээнбеков не стал принимать вызов публично, а вместо этого сосредоточился на тихих, но эффективных аппаратных мерах
Четвертый киргизский президент встал в ряд изгоев в собственной стране, в котором уже давно заняли свое место первый и второй президенты. Как бы теперь ни развивались дальнейшие события в Киргизии, ее демократическому имиджу нанесен серьезнейший урон
Оба бывших президента – типичные клановые лидеры с заметным количеством сторонников. Оба наглядно показывают, насколько непростым и рискованным занятием по-прежнему остается процесс передачи власти на постсоветском пространстве
Пока структура казахстанского общества достаточно простая, а гражданская активность остается уделом алматинской молодежи, у тандема Назарбаев – Токаев есть шанс снизить неопределенность и провести политическую модернизацию сверху. Это вполне укладывается в видение первого президента, который считает себя отцом независимости. Успех политических реформ даст Назарбаеву еще и статус отца казахстанской демократии и не позволит пересмотреть его достижения спустя десятилетия, когда институты заработают в полную силу
Предрешенная победа Токаева на президентских выборах не означает, что на нем транзит в Казахстане будет окончен. Передать власть на постоянной основе своей дочери – для Назарбаева важнейшая задача. Отцовская любовь тут ни при чем: Назарбаев просто не хочет, чтобы после его ухода казахстанская элита занялась дележом аккумулированных им капиталов. Также для него очень важно, чтобы в будущем никто не поставил под сомнение созданный им образ основателя независимого государства. Реальность такова, что на вычищенной за 30 лет политической сцене у Назарбаева остались лишь те, кто завтра обязательно попробует провести свой XX съезд
Казахстанский транзит все больше напоминает ловушку для Назарбаева. Он хочет выстроить процесс так, чтобы все прошло по его плану, без сбоев. Но вся система работает, только когда он сам находится у руля. Нет ни одного человека, кто мог бы с абсолютной точностью воспроизвести то, что задумал первый президент. Сам Назарбаев держит Казахстан в кулаке, но кулак постепенно слабеет, а Токаева и Даригу при всей их влиятельности могут уважать – но не боятся
В отличие от Назарбаева на Путина вряд ли сильно повлиял узбекский опыт, когда смерть Ислама Каримова и дальнейший дележ власти плохо закончились для семьи президента. Много ли оставит после себя Путин из того, что потребует защиты? Представляется, что его первая забота вовсе не семья или семейный бизнес, а проблемы иного измерения – что будет с Крымом, присутствием России в Сирии и способностью страны отстаивать свой суверенитет, выдерживать конфронтацию с США и НАТО
Назарбаев был самым историоцентричным президентом постсоветского пространства. Все политики амбициозны, но он выделялся даже на их фоне. Он никогда не скрывал, что видит себя казахским Вашингтоном, Ататюрком, отцом-основателем государства по имени Республика Казахстан. Единственным сдерживающим и мотивирующим фактором для Назарбаева является именно история и его место в ней
Еще до сегодняшней отставки Назарбаев ожидаемо стал главой Совбеза без единого голоса против (собственно, он никого всерьез и не спрашивал), после чего президентский пост стал ему по большому счету в тягость. Статус главы Совбеза и так дал Назарбаеву отдельный рычаг для управления всей репрессивной машиной страны, статус вечного лидера президентской партии «Нур Отан» – контроль над законодателями, а в сторону президентского кресла полетели шишки
