Президент среди друзей вдруг обнаружил, что окружен «регентами» разной силы. Формируется режим коллективного регентства. Регентов неопределенное число, и они еще никак статусно не формализованы. То, что Путин оттягивает свое вступление в кампанию, не вопрос его силы воли. Это вопрос о готовности (либо нет) начать председательствовать при ликвидации собственного режима
Начав с подавления автономности субъектов, доставшихся ей по наследству, путинская система совершила полный виток и принялась за созданные уже ею самой структуры. Страх, парализующий волю элит к сопротивлению, распространился при относительно малом числе жертв удивительно быстро. Теперь атомизированную и запуганную элиту легче контролировать, но ее невозможно мобилизовать на реализацию какого-то проекта – ни консервативного, ни либерального
Одна из ошибок несистемной элиты в том, что она по инерции не разделяет в своем сознании Путина и формальное государство. Но наступает новая эпоха, где несистемная, мощная и амбициозная элита столкнется с кондовой, технократичной и бесчувственной вертикалью, напичканной «маленькими людьми». И либо путинским соратникам придется учиться подстраиваться, либо их дело плохо кончится
Губернаторов больше не готовят как советских руководителей, владеющих пусть кастрированным, но все же знанием. Не готовят как людей, способных поговорить с доярками или воодушевить рабочих. Теперь в качестве управленцев нужны не те, кто может войти в горячий цех и провести там свою линию, а люди, которые понимают менеджмент как поп-каббалу по изменению себя и окружающей реальности
Попытки придать региональной кадровой политике системность заслуживают уважения. Однако выстроить некий порядок назначений в соответствии с объявленной устами лояльных экспертов программой у администрации президента пока не получилось
Выборы 2018 года зафиксируют новую легитимность Путина, становящегося не столько народным лидером, сколько правителем, желающим вписать свое имя в историю. Также это будут смотрины новой технократической модели управления, попытки наладить работу системы без оперативного участия Путина. А институциональная перестройка режима станет плавным продолжением политического процесса после переизбрания
Двор Путина возникает не как форма эволюции команды Путина, а как форма демонтажа этой команды. Форма, в которой задача государственного управления уходит на второй план, а на первый выходит лояльность, комфорт патрона, организация его досуга. Формируются критерии отбора в двор: минимум публичности, отказ от собственного двора и политических амбиций, готовность решать проблемы с использованием госаппарата и собственных ресурсов, быстро, эффективно, не беспокоя патрона
Беседы с подготовленным народом – это не попытка изобразить прямую демократию: президент напрямую получает от народа наказы в обход чиновников. Это моделирование перед Владимиром Путиным нового образа граждан России. Они как будто бы мыслят в одном ключе с президентом, их волнуют те же вопросы: Трамп, фальсификация истории, Украина. Наконец, они мыслят самого Путина как историческую личность
Новый формат задумали, чтобы показать, как молодежная элита выбирает Путина: президент должен был продемонстрировать свой политический талант на фоне блистательной молодежи. Но вышло наоборот: интересней оказались сами дети. Привычная стилистика общения правителя с простым народом не сработала, в зале ботаников президент явно не был своим
Кириенко не планировал, что Путин будет лично чинить московскую ливневку, спасать урожай или отправлять студентов на стройки века. Но клиент всегда прав, особенно если клиент – Верховный главнокомандующий. Красивая стратегия сегодня не оправдывает убогую практику. Президент хочет сам выиграть выборы, значит, именно этим и нужно заниматься
