Попытка заглянуть на 10 лет вперед на Северном Кавказе наталкивается на целый ряд трудностей. Во-первых, следует иметь в виду, что в этой части России постоянно действуют противоречивые, даже взаимоисключающие тенденции; во-вторых, необходимо учитывать субъективный фактор, то есть деятельность отдельных политиков, принимающих решения. Личностный фактор в полутрадиционном кавказском обществе всегда играл очень большую, а подчас исключительную роль. По этим и иным причинам едва ли можно ожидать, что какой бы то ни было сценарий — оптимистический или инерционный (который следует считать негативным) может осуществиться в этом регионе в полной мере.

Развитие событий на Северном Кавказе, разумеется, неразрывно связано с положением дел в самой России, но и тут перспективы ближайшего десятилетия отличаются большой неопределенностью. Вспоминая прогнозы начала 1990-х, приходится констатировать, что мрачные предположения оказались куда ближе к истине: за этот период на Северном Кавказе произошли две войны и ряд кровавых локальных конфликтов. С другой стороны, самый трагический вариант — выход Северного Кавказа из состава Российской Федерации и тотальная гражданская война — все-таки не оправдался.

Двадцать лет назад преобладали пессимистические прогнозы, речь преимущественно шла о том, какой кризис и каким образом будет развиваться в данном регионе. В 2010 году в «бочку пессимизма» добавляют «ложку оптимизма», впрочем, в основном казенного. Власть предложила вариант выхода из северокавказского кризиса. «Бисценарный» подход таким образом в какой-то мере оправдан. Тем не менее в данной статье автор счел целесообразным не излагать каждый из сценариев по отдельности, но рассматривать в сценарном контексте ключевые вопросы региона. …