Московский Центр Карнеги
Председатель КНР Си Цзиньпин последовательно реализует идею создания экономической зоны «новый Шелковый путь», которая должна объединить территории Китая, России, государств Центральной Азии и Европы. Каковы будут последствия создания этой зоны для России и ее соседей?
В настоящее время в эпицентре ближневосточных событий оказался курдский вопрос, без решения которого достигнуть стабилизации в регионе невозможно. Ключевые игроки — Сирия и Турция — должны найти пути к консенсусу по курдской проблеме.
Радикальная исламистская группировка «Исламское государство» превратилась в реальную силу и мощного игрока на Ближнем Востоке и стала представлять серьезную угрозу не только для государств региона, но и для мировой стабильности в целом.
У России и Турции есть много важных общих интересов, что дает им возможность плодотворно взаимодействовать и сотрудничать в соседнем для обеих стран регионе, простирающемся от Южного Кавказа и Леванта до Центральной Азии и Афганистана.
Ключом к процветанию Афганистана является сотрудничество международных сил и развитие международной помощи этой стране.
Россия неоднократно заявляла, что ядерное разоружение должно принять многосторонний характер, в этом ее интересы совпадают с Соединенными Штатами. В связи с этим включение Индии и Пакистана в этот процесс силами Москвы и Вашингтона вполне возможно.
Отношения России и ЕС сегодня носят скорее технический, чем стратегический характер. Но параллельное существование ЕС и Евразийского союза даст новый толчок дискуссиям о стратегическом видении Европы и Евразийского континента.
Принцип внешней политики Монголии — приоритетная ориентация на Россию и Китай, а также развитие отношений с «третьими странами» для достижения баланса сил во внешней политике.
В связи с ситуацией вокруг Сирии мир вступает в новый период развития международных отношений. Данное положение дел также знаменует собой начало нового этапа российско-американских отношений.
Ситуация в Сирии вызовет новую волну «арабской весны», на этот раз связанную с более глубокими внутренними преобразованиями в странах региона. В то же время волнения в Турции не имеют отношения к «арабской весне».