Московский Центр Карнеги
С одной стороны, власть сталкивается с активным меньшинством, которое мобилизуется на выборах. С другой стороны, складывается некое большинство, которое пока не хочет идти голосовать. Это бывшее путинское большинство, которое своего лидера сейчас не очень-то слушает. Но в Кремле предпочитают игнорировать эти тенденции, не допуская мысли о том, что активное меньшинство, готовое к переменам, и недовольное пассивное большинство рано или поздно могут встретиться
Поэт Геннадий Шпаликов, символ поколения «младших» шестидесятников, заплутал в эпохе, которая исподволь, почти незаметно успела поменять кожу, причем еще задолго до настоящих заморозков в 1968-м.
В современной России мифологизация истории достигла впечатляющих масштабов. В чем суть этой модели, и как она работает? Ответам на этот и другие вопросы посвящен семинар в Московском Центре Карнеги.
Путин постепенно превращается в ходе «Прямых линий», «Таврид» и «Открытых уроков» из отца нации в ее дедушку. В основном увлекая молодежь фантастическими рассказами о беспилотниках, полетах на Марс, искусственном интеллекте и пассионарности русского народа.
Российская реальность такова, что если для лоялистов идеальный художник – это пропагандист консервативных ценностей, то для оппозиционеров – это активист, который своим творчеством борется с властью. Творчество без гражданственности кажется ущербным не только власти и ультрапатриотам, но и ее противникам. «С кем вы, мастера культуры?» – в один голос спрашивают и те и другие
Факт того, что Путин не торопится объявлять себя кандидатом в президенты, причем делает это вполне демонстративно, показывает, что ему совершенно не нужны избыточные услуги элит. Элитам нужен Путин, а не они нужны Путину в ситуации предвыборной кампании.
Андрей Колесников в эфире радио Свобода размышляет, о чем Путин, Медведев и Лавров говорили с молодыми 1 сентября, что за мысли хотели до них донести.
Российская политическая жизнь вошла в полосу вялых низких ожиданий на фоне политической апатии и точечных репрессий, изображающих режим как жертву коррупции, причем коррупции скорее либеральной.
Сегодня границу между официальным и неофициальным искусством можно вербализировать только с помощью одного критерия – «госбюджет». Вот откуда эта новая сакральность, с которой произносится «государственные деньги». Этот критерий удачно совмещает в себе и экономические, и идейные постулаты. Тот, кто берет «государственные деньги», автоматически соглашается хранить верность власти
Андрей Колесников в программе «Полный Альбац» говорит об аресте Кирилла Серебренникова и о настроениях в российском обществе.