Московский Центр Карнеги
В общем и целом понятно, что Путин идет на выборы, что его полномочия будут переподтверждены российским народом 18 марта — в день четырехлетия аннексии Крыма.
Маленькие дети с телеэкранов рассказывают о «переписывании истории», «своре западных друзей», поют о Евросоюзе в лучших традициях пропагандистских передач. Невиданная доселе политизированность детей стала логичным завершением пропагандистского мифа о России как стране, где геополитикой озабочены все, от президента до рабочих, а теперь уже и младших школьников
Результаты опроса лучше рассматривать скорее как указание на общие тенденции, чем как точные измерения. Проведенный нами опрос четко показывает, что связи Крыма с Украиной во многом разорваны, с поездками в другие регионы России есть трудности, четкие международные ориентиры для жителей полуострова отсутствуют и Крым практически полностью интегрирован в российское медиапространство
Андрей Колесников в эфире радио Свобода говорит о посредничестве Путина в переговорах Украины с сепаратистскими властями ДНР и ЛНР, а также о его участии в предстоящих выборах.
Ленин превратился в сравнительно нейтральную фигуру русской истории. Как и революция, отношение к которой несколько двойственное ввиду ее дистанцированности от сегодняшнего дня, Ленин не объединяет и не раскалывает.
На сегодняшний день в России нет даже хорошо выделенной узкой группы людей, которая могла бы назначать преемника. Мы не понимаем, есть ли она на самом деле и скрыта ли она за занавеской.
В российском обществе нет какого-то особенно напряженного противостояния по линии, разделяющей сторонников и противников революции столетней давности. Но есть конкуренция между властью и оппозиционно настроенной интеллигенцией за тему репрессий, борьба режима против монополизации его критиками права представлять жертв и называть наследниками палачей своих нынешних противников
Руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Андрей Колесников в эфире Эха Москвы обсуждает столетний юбилей революции и его значение для российской власти.
Помимо упрощения истории, сведения ее к победами полководцев и государственных деятелей, есть более страшная сила – воспитание незнания и пестование равнодушия к неплакатному представлению об исторических событиях.
Цель игры вовсе не в том, чтобы подсунуть тем, кто хотел бы проголосовать за Навального, его суррогат. А в том, чтобы создать псевдопозицию, политического несубъекта, который может уловить недовольство городского сословия, облечь его в какую-то политтехнологическую (не политическую!) форму и безопасно изолировать это недовольство на горизонте не ближайших шести месяцев, а ближайших шести лет