Московский Центр Карнеги
Турция долгое время считалась редким примером исламской демократии и успешных экономических реформ, но за последние два года она переживает провал за провалом во внешней политике, ее экономика замедляется, а политическая жизнь все сильнее радикализуется. И большой вопрос, смогут ли переизбранные на очередной срок исламисты справиться с этими проблемами
Хотя российские власти почти официально признали, что в небе над Египтом произошел теракт, россияне так и не увязали это с операцией в Сирии. Напротив, происходит что-то вроде превращения террора в повседневную рутину. А возмущаться по поводу политики власти никто не будет.
Кремль смещает тактические акценты своей внешней политики, чтобы сохранить антизападную стратегию.
Чем бы ни закончилась история с российским самолетом, произошедшее уже стало большой пропагандистской победой синайских джихадистов. Победой, во-первых, над египетским режимом, который пытался разделить мятежный Северный Синай и туристический рай на юге, а во-вторых, над Россией – активной участницей войны в Сирии
Госсекретарь США объехал республики Центральной Азии и предложил помощь в решении чуть ли не всех местных проблем. Москва не возражала. США некем заменить в Афганистане, а России надо показывать, что она готова участвовать в общей борьбе против вселенского зла. Впрочем, с главной региональной проблемой, взаимным недоверием престарелых лидеров, Керри ничего поделать не может
О главных отличиях сирийских сценариев Кремля от прежних, главным образом украинских
О победных реляциях и политико-экономическом самоутверждении Москвы
Урок прошедших в Турции в июне и ноябре выборов ясен: избиратели хотят иметь сильное и стабильное правительство, но не такое, которое жестко и грубо относится к своим противникам.
Договоренности, достигнутые в ходе многосторонних переговоров по Сирии в Вене, в целом соответствуют интересам России и могут создать предпосылки для успешного завершения российской военной операции в этой стране
Сирия может противостоять «Исламскому государству» только как страна, поэтому сейчас главная задача — сохранение государственных институтов и армии. Но при этом Асад должен уйти — у него нет в Сирии будущего, и это начинают постепенно признавать и в Москве.