История Татьяны Кувшинниковой, учительницы русского языка и литературы из Барнаула, уволенной после публикации фото в купальнике в соцсетях, была отыграна публикой так же, как и другие важные истории, не касающиеся впрямую хроник арестов или гаданий на ФИО следующего цезаря. Увольнение списали на одичание чиновников от образования, наем Кувшинниковой в Институт повышения квалификации – на победу учительского сообщества, устроившего флешмоб «Учителя тоже люди». Все как всегда: анализ скомкан, уроки не выучены.

Константин Гаазе
Константин Гаазе — приглашенный эксперт Московского Центра Карнеги.
More >

Что было ставкой в истории с купальником и образом российского учителя? Не превратно понятые «приличия», не моральный облик. А право учителя на частную жизнь, которое оспаривается сегодня вовсе не сошедшим с ума «единственным европейцем», т. е. бюрократией, а самим пейзажем российского школьного образования.

У кого в современных западных обществах нет права на частную жизнь? У политиков, прежде всего. Не у чиновников и бюрократов, а именно и только у политиков. У кого нет права на частную жизнь в России? У военных. Военнослужащим запрещено размещать свои фото в социальных сетях, офицеры и их семьи живут в частях, а военная часть формирует особое социальное пространство, в котором частного в чистом виде нет, но нет и публичного, совместная жизнь здесь выставлена на показ сама себе, но не всему миру. Именно это, т. е. стремительная милитаризация, случилось с российским школьным образованием после 2016 г., когда пост министра заняла Ольга Васильева.

Поначалу дети, одетые в карикатурное подобие формы советских солдат времен Второй мировой, воспринимались как декорация к кампании вокруг присоединения Крыма. Но Крым уже давно присоединился, а детей в форме, детей на коленях и детей, пишущих письма «отцу на фронт», становилось все больше и больше. Эти перформансы, приуроченные то ко Дню Победы, то ко Дню защитника Отечества, быстро попали в утвержденные Минпросом методические пособия по организации внеклассной работы. Вполне объяснимо, что жертвами милитаризации стали прежде всего младшие школьники как наиболее уязвимые и не готовые в силу малолетства к несогласию и протесту против идиотизма взрослых.

Такая вот «внеклассная работа» и превратила российские средние школы в военные части. И все мрачные новости недавнего времени, связанные со школами, вполне укладываются в эту логику. Избиения учеников по просьбе учителей? В российской, советской и затем снова российской армии коллективное насилие над индивидом всегда было частью воспитательного процесса, элементом «отеческой заботы», как, вероятно, сказал бы предшественник Васильевой граф Уваров. Закрытость вовне и полная открытость внутри? То же самое. И в частях, и в школе учитель знает все и о ребенке, и о его семье, но семья не знает и не должна знать об отношениях ребенка и учителя. Перепуганные родители, вынужденные иметь дело не с командирами и учителями, а с воспитателями гражданских чувств и любви к Родине? То же самое.

Купальник Кувшинниковой означал для милитаризированной российской школы не упадок нравов в публичном учреждении, а осквернение флага военной части. В этой школе учитель больше не предоставляет услуги и не готовит к взрослой жизни, не делится знаниями и не воспитывает личность, как было в школе советской. Учитель – часть перформанса. Вовне – парадный строй, но не детей в форме, притворяющихся солдатами, а маленьких взрослых, уже являющихся солдатами всех войн, которые были и неизбежно будут. Внутри – космос насилия и коррекции медлительных, толстых, непохожих, не таких, как все, где уже нет разницы между заправкой кроватей в казарме и переодеванием после урока физкультуры. Делай раз, делай два, пока горит спичка. Купальник не вяжется не с моральным обликом, россияне, если верить опросам, люди намного более свободных взглядов, нежели граждане многих европейских стран. Купальник не вяжется с флагом части и этим самым парадным строем.

Детство – это философская и правовая головоломка. Ребенок полноценен так, как он есть, сам по себе, или он есть обещание взрослого, который еще будет? Это, возможно, главные вопросы XXI в. Но в Минпросе уже ответили на эти вопросы в свойственной им манере. Дети – это солдаты всех войн, которые Россия выиграла в прошлом и выиграет в будущем. А солдат не водят в бой тети в купальниках.

Оригинал статьи был опубликован в газете Ведомости