Назначение новых министров российского правительства показало новые кадровые приоритеты Владимира Путина, который больше не стесняется продвигать на публичные посты детей своих ближайших соратников и любимых охранников. Молодые технократы на значимых должностях так и не появились, зато перемещение в кабинет министров нефтяных губернаторов намекает на создание суперсильного и супербогатого единого региона из Тюменской области, Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского округов. Пока контроль над этой территорией делили Сергей Собянин и крупные сырьевые корпорации.

Доброе слово и пистолет

Назначение Дмитрия Патрушева (сын секретаря Совбеза РФ, экс-главы ФСБ Николая Патрушева) министром сельского хозяйства доказывает, что в Кремле сняли табу на публичное продвижение по карьерной лестнице по родственному принципу. Сыновья ближайших соратников Владимира Путина по силовым структурам давно получают назначение на денежные посты в государственных и окологосударственных компаниях, однако эти должности никогда не были публичными – первые замы, просто замы.

Со временем кадровая политика стала смелее – сын экс-главы президентской администрации Сергея Иванова Сергей возглавил «Алросу»; Дмитрий Патрушев успел поуправлять Россельхозбанком. Назначение министром – новая ступень.

В свой новый срок Владимир Путин уже не скрывает, что обеспечивает семьям близких людей будущее, а родственный фактор может стать решающим при назначении. С помощью доброго слова и пистолета можно достичь большего, чем просто с помощью доброго слова. С помощью знакомой фамилии и формального прохождения нужных профессиональных ступеней можно достичь большего, чем просто хорошим резюме и профессиональными достижениями.

Еще большего можно добиться, если президент испытывает к тебе личную симпатию. Так получилось с бывшим сотрудником ФСО Евгением Зиничевым, которому президент позволил поискать себя то на посту врио губернатора Калининградской области, то в ФСБ. Теперь Зиничев стал главой одной из самых знаковых российских структур – Министерства чрезвычайных ситуаций, которое вывели из зоны влияния Сергея Шойгу.

Внутриполитический блок администрации президента может устраивать какие угодно кадровые конкурсы и тренинги, «Единая Россия» может обещать какие угодно кадровые лифты, но государственная кадровая политика на высшем уровне теперь сообщает: все это суета сует. Главные дороги к вершинам в России теперь другие: фактор личного знакомства и семейные связи.

Нефтяные эмираты

Еще одно знаменательное событие, которое на фоне назначений Патрушева и Зиничева рискует пройти малозамеченным, – переход в федеральное правительство губернаторов Владимира Якушева (Тюменская область) и Дмитрия Кобылкина (Ямало-Ненецкий автономный округ). Оба были отличниками среди региональных руководителей и возглавляли успешные регионы-доноры, благосостояние которых определяли богатые нефтью и газом недра.

Дмитрий Кобылкин. Фото: Александр Мамаев/URA.RU/ТАССГубернатор Тюменской области Владимир Якушев стал главой Минстроя, и этот переход сложно однозначно назвать повышением. Губернаторство в Тюмени – само по себе федеральный политический уровень. Кроме того, на губернаторском посту намного проще демонстрировать успехи и достижения. Пост министра строительства таких возможностей не дает: это скорее проблемная должность, к тому же с обременением в виде вице-премьера Виталия Мутко. Мутко, имеющий личный доступ к президенту, может с легкостью приписать успехи себе, а огрехи отдать министру.

То же самое относится и к Дмитрию Кобылкину с поправкой на то, что шефа, наподобие Мутко, у министра природы нет, а проблемы в сфере ответственности доставляют только свалки.

С уходом Якушева и Кобылкина актуальным снова становится вопрос «тюменской матрешки». Тюменская область, ХМАО и ЯНАО, с одной стороны, три разных региона со своими бюджетами, главами и депутатами, с другой – это один регион, Тюменская область. Кремль еще с начала нулевых годов хотел обеспечить единообразие управления и устранить эту двойственность.

В округах традиционно были своенравные элиты, живая политика, губернаторами были уважаемые и популярные политики – Юрий Неелов (ЯНАО) и Александр Филиппенко (ХМАО). Опять же в округах водятся деньги. С Тюменской областью, которая в теории могла отобрать у автономий часть полномочий и бюджетных средств, регионы договаривались. Материнским субъектом тоже управляли сильные фигуры – Леонид Рокецкий, а потом Сергей Собянин.

Ставленником и преемником Собянина был Владимир Якушев, который не раз публично подчеркивал лояльность своему патрону. Собянин ушел работать на федеральные должности еще в 2005 году, но Тюменская область до сих пор была ориентирована на него. В 2010 году Кремль заменил губернаторов-тяжеловесов в округах, но по факту власть ослабла только в ХМАО, который возглавила выходец из ЯНАО Наталья Комарова. А возглавлявший ЯНАО Дмитрий Кобылкин быстро стал политическим зубром, пусть и при поддержке Геннадия Тимченко и «Новатэка».

Удаление сразу двух сильных фигур из нефтяной тройки регионов обещает перемены. Сопротивляться возможному объединению, к которому Кремль подступается с начала нулевых, теперь фактически некому. Для группы Сергея Собянина перемещение одного из ее ключевых представителей на пост министра строительства выглядит скорее потерей – вернее, окружение московского мэра и он сам больше потеряло, чем приобрело. Тюменской опоры у Собянина (если тот не сумеет продвинуть своего человека на пост губернатора) теперь нет.

При этом и группа Сергея Собянина, и элиты нефтяных округов были настроены скорее на сохранение статус-кво в тюменской матрешке. Останься Якушев и Кобылкин на своих местах, Кремль вряд ли рискнул бы предпринимать новую попытку объединения – формально она требует референдума, а жители могли бы не проголосовать за, если бы региональные лидеры мнений осторожно выступали против.

Сейчас Владимир Якушев говорит, что «другой конструкции», кроме матрешки, не видит, но его заявления сложно считать надежной гарантией. Наоборот, налицо усилия Кремля как-то компенсировать потери региональных элит в случае объединения: Сергею Собянину интересна строительная сфера, покровителям Кобылкина и ему самому – министерство недр.

Пост губернатора – объединителя нового суперрегиона будет стоить много больше министерского и даже вице-премьерского. В случае объединения Тюменской области и нефтяных округов Западной Сибири в России появится новый федеральный игрок, по силе влияния равный мэру Москвы и губернатору Санкт-Петербурга. Скорее всего, объединитель будет назначен именно в Тюмень как базовый регион.

Какой группе влияния или одиночной фигуре достанется эта территория – вот интрига, которая немногим уступает уже разрешившейся интриге с формированием кабинета министров и пока неразрешившимуся вопросу о новом составе президентской администрации. Если в прошлом году группы влияния боролись за Красноярский край, можно себе представить, какие битвы развернутся около Кремля за новые нефтяные эмираты.

следующего автора:
  • Андрей Перцев