Массовые протесты, отставка засидевшегося Сержа Саргсяна, приход к власти оппозиционера Никола Пашиняна – весь последний месяц Армения купалась в народном ликовании и международном одобрении.

Пашинян, которому всего 42 года, назначил новое правительство – еще моложе его. Он пообещал покончить с коррупцией и уничтожить старую олигархическую систему. Армения, которую считали изолированной, застойной и полностью зависящей от России, опровергла стереотипы и снова выглядит динамичной и даже модной. Хотя революция пока не завершена, впервые за 20 лет из Армении стали приходить хорошие новости.

Впрочем, все эти обещания и надежды могут испариться, если новое армянское правительство оступится в вопросе карабахского урегулирования. Конечно, встряхнуть застоявшиеся переговоры по Карабаху было бы полезно, но делать это надо не очень сильно.

И действительно, своими первыми действиями и заявлениями по карабахскому вопросу Пашинян встряхнул ситуацию. Он говорил не как дипломат, а скорее как человек из толпы: по его словам, Карабах – «неотъемлемая часть» Армении. На следующий день после избрания премьер-министром Пашинян отправился в контролируемый Арменией Карабах, чтобы принять участие в праздновании Дня Победы 9 мая. Там он подчеркнул, что карабахские армяне «должны сидеть за столом переговоров по разрешению конфликта, непосредственно в них участвовать».

Такая жесткая позиция отчасти предназначена для внутренней аудитории. Предшественниками Пашиняна во главе страны были два карабахских армянина, которые участвовали в конфликте 90-х годов и управляли Арменией на протяжении последних 20 лет. Разумеется, обозначая свое отношение к вопросам национальной безопасности, Пашиняну необходимо заверить карабахских армян в том, что он будет их защищать. К тому же он наверняка говорит искренне. Большинство армян не допускают возможность компромисса по Карабаху. В одном радиоинтервью 2016 года Пашинян сказал: «Азербайджану не достанется ни пяди земли».

Опасность здесь заключается в том, что если он открыто объявит о суверенитете Армении над Нагорным Карабахом и откажется возвращать соседние районы Азербайджана, которые армянские войска заняли в 1993–1994 годах, то вести переговоры с Баку станет не о чем и обе стороны вернутся к боевым действиям. Четырехдневная война 2016 года, унесшая около двухсот жизней, была мрачным предостережением о том, какой высокой может оказаться цена нового конфликта. Сейчас перемирие по-прежнему нарушается – 20 мая пришло сообщение о гибели еще одного азербайджанского солдата.

Для стороннего наблюдателя более-менее понятно, как могло бы выглядеть реалистичное соглашение по мирному урегулированию в Карабахе. Оно в общем виде описано в «Базовых принципах», разработанных посредниками из Минской группы ОБСЕ. Ключевых элементов там два: Азербайджан признает право карабахских армян на самоуправление, а армянская сторона уступает находящиеся под ее контролем районы вокруг Карабаха, за исключением сухопутного коридора, соединяющего регион с Арменией. Особенно продуктивно было бы оставить вопрос об определении окончательного статуса Нагорного Карабаха, который положил начало конфликту в 1988 году, максимально расплывчатым – тогда стороны могли бы попытаться решить сначала другие проблемы.

Идеи здравые, но в регионе мало кто верит в их реализацию. Дело в том, что за последние 15 лет переговорный процесс превратился в то, что один бывший дипломат назвал «переговорами кабуки». Каждая сторона становится в позу и делает ровно столько, сколько нужно для того, чтобы посредники ОБСЕ не сидели без дела, но серьезной работы не ведется и результатов, соответственно, нет. Международные посредники тоже склонны скорее к эффектным жестам. Соединенные Штаты утратили интерес к конфликту – хотя, к счастью, администрация Трампа не поддалась искушению выйти из числа посредников и назначила нового переговорщика от США – им стал Эндрю Схофер.

Теперь, когда в Армении появилось новое правительство, которое пришло к власти на волне массовых протестов и располагает гораздо большей легитимностью, эта привычная схема переговоров может рухнуть. До сих пор азербайджанский президент Ильхам Алиев, который, безусловно, способен на агрессивную риторику в адрес Армении, благоразумно хранил молчание: воинственные заявления делал его министр обороны, в несколько более дипломатичном стиле выступал пресс-секретарь азербайджанского МИДа.

Но как долго Алиев будет хранить этот обет молчания? Пашинян со товарищи явно рассматривают свой приход к власти как начало длительной предвыборной кампании, поэтому не станут делать примирительных заявлений, которые могли бы дать повод усомниться в твердости их патриотизма. А до того как Армения выработает новую политическую линию в конфликте, могут пройти месяцы.

Тем не менее переговоры, если только они совсем не прекратятся в ближайшем будущем, еще могут повернуть в сторону реального урегулирования. Новые подходы, в необходимости которых сомневаться не приходится, может предложить новый министр иностранных дел Армении Зограб Мнацаканян, сменивший очень осторожного Эдуарда Налбандяна. Мнацаканян был главным представителем страны на переговорах по подготовке соглашения об ассоциации с Евросоюзом, которые прервались в последний момент в 2013 году. Сам Евросоюз тоже мог бы придать новый импульс мирному процессу, оказывая более активную поддержку официальным переговорщикам Минской группы.

Если стороны смогут на время забыть о работе на рейтинг, то на переговорах можно обсудить еще один важный вопрос – в какой форме карабахские армяне могут принять в них участие. В конце концов, там обсуждают будущее их родины. Они участвовали в переговорах до 1998 года, когда Роберт Кочарян, бывший лидер карабахских армян, стал президентом Армении и решил, что может говорить от их имени. Это устраивало Азербайджан, который хочет представить дело так, будто конфликт существует только между Баку и Ереваном. Однако к голосу карабахских армян, как и к голосу азербайджанских беженцев из Карабаха, пусть и в иной форме, необходимо прислушиваться. Их вовлечение в переговорный процесс покажет, могут ли они внести в него что-то конструктивное.

Застоявшиеся переговоры по Карабаху давно пора было встряхнуть, но новому руководству Армении надо очень осторожно использовать обретенную в массовых протестах легитимность. Переговорный процесс по карабахскому урегулированию – вещь очень деликатная, и если он провалится, то итог может быть только один – новый конфликт.

Английский оригинал текста был опубликован в Strategic Europe 22.05.2018

следующего автора:
  • Thomas de Waal