Меморандум о взаимопонимании между Россией и Турцией, согласованный 22 октября на переговорах в Сочи между президентами двух стран Владимиром Путиным и Реджепом Тайипом Эрдоганом, пришел на смену американо-турецким договоренностям. Так же как и российская военная полиция сменила американскую на севере Сирии. Расклад сил в этой стране однозначно поменялся, но в чью пользу, говорить пока рано, хотя соблазн заявить о дипломатической победе Москвы очень велик.

От мечты к реальности

Целью уже третьей военной операции Турции на севере Сирии за последние несколько лет было создание «зоны безопасности» фактически вдоль всей турецко-сирийской границы. С точки зрения Анкары это позволило бы решить две задачи: предотвратить проникновение в Турцию курдских боевиков и избавиться от сирийских беженцев. Территория длиной примерно в 444 км и шириной 32 км должна была примкнуть к районам, занятым протурецкими силами в ходе предыдущих операций. У Анкары уже был план по развитию зоны и переселению туда беженцев. Однако реальность оказалась иной.

Речь о создании буферной зоны на севере Сирии Анкара начала вести очень давно, но активизировать свои планы смогла только после сделанных в декабре президентом США Дональдом Трампом заявлений о выводе американских военных из Сирии. Впрочем, уход американцев несколько затянулся. Во-первых, на тот момент еще продолжались достаточно тяжелые бои с отрядами террористической группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещена в РФ). Во-вторых, Вашингтон долго пытался решить, что делать с курдами – прежде всего Отрядами народной самообороны (YPG), которые были главными союзниками американцев в борьбе с ИГ, но при этом рассматривались Анкарой как террористическая структура. Официально с ИГ было покончено еще весной, а вот вопрос с курдами так и остался подвешен. В итоге терпение Анкары иссякло, и она недвусмысленно заявила, что начнет операцию против YPG вне зависимости от того, удастся или нет договориться с Вашингтоном. На этом фоне США решили покинуть большинство своих баз на северо-востоке Сирии. То есть сделали то, с чем тянули последние девять месяцев.

В результате начатой 9 октября военной операции «Источник мира» против курдских формирований Турция смогла закрепиться (и то не полностью) в районе между двумя сирийскими населенными пунктами – Телль-Абъяд и Рас-эль-Айн, которые находятся примерно в 120 км друг от друга. Согласно договоренностям, достигнутым 17 октября в ходе визита в Анкару американской делегации во главе с вице-президентом США Майком Пенсом, курдские Отряды народной самообороны (YPG) должны были в течение 120 часов полностью покинуть этот район. Именно на это время Анкара остановила свою операцию, пригрозив продолжением военных действий, если ее условия не будут выполнены. Взамен США согласились не только проконтролировать уход курдских формирований, но и отказаться от санкций, введенных против Анкары после начала ею военной операции.

При этом турецкие официальные лица продолжали утверждать, что в ходе турецко-американских переговоров в Анкаре речь по-прежнему шла о буферной зоне именно длиною в 444 км. Как заявил «РИА Новости» советник президента Турции Ясин Актай, с США обсуждалось, что в зону безопасности должны войти территории к востоку от реки Евфрат, в частности провинции Ракка и Дейр-эз-Зор.

Официально ничего из этого в опубликованном турецко-американском заявлении по итогам переговоров нет. В документе упоминается лишь абстрактная «зона безопасности», что оставляет место для трактовок. Заявления, что договоренности о выходе курдских отрядов касаются именно районов между Телль-Абъяд и Рас-эль-Айн, появились уже после переговоров, в первую очередь со стороны курдов.

Впрочем, о других районах речь идти и не могла, так как напуганные турецкой операцией курды поспешили договориться с Дамаском и передали часть территории, откуда ушли американцы, под контроль сирийских проправительственных сил и российских военных. Можно сказать, что США фактически подарили Башару Асаду и Москве то, что они не могли получить – ни в результате боев, ни в результате переговоров. Впервые за годы конфликта в Сирии проправительственные силы смогли выйти к границе с Турцией. Видя это, в Анкаре сразу после окончания переговоров с Майком Пенсом заявили, что будут вести разговор о границах «зоны безопасности» или буферной зоны в Москве. Не случайно 120 часов, оговоренных с Пенсом, заканчивались в день приезда президента Эрдогана в Сочи.

Что получила Анкара

«Встреча с президентом Путиным – это еще одна фаза создания зоны безопасности в Сирии», – заявил накануне переговоров в Сочи Эрдоган. То есть Турция формально не отказывается от своих планов. И это тревожный маячок для Москвы.

Первоочередной вопрос по завершению переговоров в Сочи – закончена или нет турецкая операция «Источник мира». По словам главы МИД РФ Сергея Лаврова, операция прекращается. Министерство обороны Турции сделало более интересное заявление: на данном этапе нет необходимости в осуществлении новой операции за пределами зоны текущей операции.

То есть Анкара оставляет за собой право продолжить боевые действия в районе, который согласно карте, опубликованной Минобороны РФ, чуть выходит за границы  Телль-Абъяда и Рас-эль-Айн (примерно 150 на 32 км). И можно сказать, что в Москве этому мешать не будут. В третьем пункте подписанного в Сочи меморандума идет речь о сохранении «существующего статус-кво в нынешнем районе операции «Источник мира» между Телль-Абъядом и Рас-эль-Айном глубиной до 32 км». С учетом того, что этот район еще не полностью перешел под турецкий контроль, вопрос вызывают слова о «статус-кво»: идет ли речь о ситуации на момент приостановки операции «Источник мира» или идеальной ситуации, когда этот район должны были покинуть отряды YPG согласно турецко-американским соглашениям. Вероятно всего, последнее.

В Вашингтоне утверждают, что все договоренности выполнены, а Анкара заявляет об обратном. «Данные обещания не были полностью выполнены. Мы примем результаты, предпримем необходимые шаги. Если мы пойдем на уступки, то проложим путь для террористов», – эти слова своего президента процитировали турецкие СМИ по истечении 120 часов, отведенных на выполнение договоренности «Пенс–Эрдоган». Вкупе с заявлением Минобороны намерения Анкары не вызывают сомнений. Но после Сочи можно в полной мере утверждать, что если операция «Источник мира» и не прекращена, то ограничена одним районом. В остальном все зависит от того, как будут реализовываться российско-турецкие договоренности.

На смену 120 часам «Пенса–Эрдогана» пришли 150 часов «Путина–Эрдогана». За это время, начиная с 12:00 23 октября, на сирийско-турецкой границе за пределами района операции «Источник мира» вводятся подразделения российской военной полиции и сирийской пограничной службы, которые должны содействовать отводу курдских отрядов на 30 км вглубь территории Сирии. После этого в этих районах начнется совместное российско-турецкое патрулирование, однако турецкий патруль не сможет продвинуться дальше чем на 10 км от границы.

Министр обороны Сергей Шойгу уточнил, что речь не идет о всей границе. «Это та часть, которая у нас от Евфрата до Тель-Абъяда и дальше, до границы с Ираком, в том числе и та часть, которая является уже не границей с Турцией, а границей с Ираком», – сказал он по окончании переговоров в Сочи.

В указанную территорию попадает город Кобани – который никак не упомянут в меморандуме, но имеет символическое значение для курдов – это фактически их Сталинград в битве с ИГ. Еще в середине октября, согласно договоренностям курдов с Дамаском, город вернулся под контроль проправительственных сил, но теперь у турок будет хотя бы легальная возможность мониторить ситуацию в этом приграничном районе. Оперативной реакции курдов на это не последовало.

Отдельно в меморандуме речь идет о районах вокруг Манбиджа и Тель-Рифата, которые расположены чуть дальше от границы. Оттуда также должны выйти курдские отряды, но о совместном патрулировании с Турцией там речь уже не идет. Напомним, что договоренность об уходе из Манбиджа YPG была достигнута еще летом прошлого года между Анкарой и Вашингтоном. В ноябре они объявили о совместном патрулировании этого района. Теперь этот район патрулирует российская военная полиция.

Таким образом, в результате договоренностей в Сочи Анкара по крайней мере на время ограничивает свои планы по созданию буферной зоны. Под вопросом остается массовое переселение туда сирийских беженцев с турецкой территории. Хотя в заявлении по итогам переговоров в Сочи Эрдоган упомянул, что территории, которые планируется «очистить от террористов», будут заселены миллионом сирийских граждан.

Кроме того, Турция добилась отвода курдских отрядов от своей границы на весьма значительном участке и права мониторить границу, с которым был вынужден согласиться президент Сирии Башар Асад. Не говоря уже о закреплении протурецких сил в районе между Рас-эль-Айном и Телль-Абъядом, подтвержденном не только Вашингтоном, но теперь и Москвой. Все это позволяет президенту Эрдогану выглядеть победителем в глазах своей внутренней аудитории.

Что получает Москва

Для Москвы, по словам Сергея Лаврова, наиболее важным итогом Сочи являются подтверждение со стороны Турции «суверенитета и территориальной целостности Сирии и приверженность противодействию любым сепаратистским тенденциям на ее территории».

Кроме того, Россия де-юре закрепила возвращение Анкары и Дамаска к Аданскому соглашению 1998 года с поправкой на современные реалии. Пункт о важности этого документа включен в меморандум. Согласно соглашению 1998 года, именно сирийские пограничники несут ответственность за то, чтобы на территорию Турции из Сирии не проходили курдские боевики. В случае необходимости турецкие военные могут преследовать террористов, заходя на 5 км вглубь сирийской территории. Накануне встречи в Сочи Сергей Лавров упомянул о возможной корректировке Аданского соглашения. По всей видимости, договоренность о 10-километровой зоне патрулирования относится именно к этому. И это только начало. Хотя до реального взаимодействия между Турцией и Сирией в вопросах безопасности еще очень далеко. Более того, оно невозможно без непосредственного участия российских военных.

«Защищать мир и спокойствие на границе туркам и сирийцам предстоит вместе. И здесь без взаимоуважительного сотрудничества между Турцией и Сирией не обойтись», – заявил Владимир Путин по итогам переговоров с Эрдоганом.

Впрочем, турецкий президент на эти слова не отреагировал. Что касается сирийского президента, то он был вынужден одобрить сочинский меморандум. Телефонный разговор Асада и Путина состоялся сразу после завершения переговоров в Сочи.

Все, что в Дамаске на самом деле думают о закреплении турок на сирийской земле, Башар Асад успел высказать до начала встречи Путина и Эрдогана. Именно в этот день стало известно о посещении Башаром Асадом сирийских войск на одном из участков фронта в провинции Идлиб. «Президент Турции украл у Сирии ее нефть и пшеницу, а также вывез заводы из Алеппо, а теперь Эрдоган хочет похитить часть сирийской земли с ее природными богатствами», – заявил он. Намек на планы Анкары на Дейр-эз-Зор – районы, где находятся основные сирийские месторождения.

В Москве эти заявления не прокомментировали. Здесь предпочитают действовать поступательно: получилось решить вопрос с одним участком, приступаем к следующему. В итоге территория, которая переходит под контроль Дамаска, постепенно расширяется, пусть и не так быстро и не в тех масштабах, как хотелось бы Башару Асаду. И все это результат тяжелых компромиссов и договоренностей между Анкарой и Москвой. Как на северо-востоке, так и в Идлибе. На чем там остановились Россия и Турция, пока неясно, но все процессы взаимосвязаны. По крайней мере, в Сочи Эрдоган очень хвалил результаты, достигнутые в Идлибе. Напомним, что судьбу Идлиба президенты Турции и России решали ровно год назад, также в Сочи, и все сроки реализации достигнутых договоренностей давно прошли – понадобились и новые военные переговоры, и возобновление военной операции, и пересмотр приоритетов Анкары в пользу буферной зоны. Теперь вопрос, как будут реализовываться новые договоренности.

А как же США

Резкий уход американских военных с севера Сирии вызвал неоднозначную оценку прежде всего в Вашингтоне. Однако это не означает, что США полностью отказались от Сирии.

Во-первых, они остаются на военной базе Эт-Танф – а это главный раздражающий фактор для России и Ирана, в противовес интересам которого в первую очередь и направлена эта база на юго-востоке Сирии. Во-вторых, США намерены продолжать помогать курдам защищать нефтеносные районы. «На северо-востоке, на котором мы концентрируем внимание, мы собираемся продолжать работать с SDF («Силами демократической Сирии», в которые входят отряды YPG). В этом заключается наш план. Лидер SDF, командующий Мазлум (Абди), взял перед нами обязательство продолжать работать с нами», – заявил на слушаниях в комитете по иностранным делам Сената Конгресса США спецпредставитель США по Сирии Джеймс Джеффри. Вопрос, какова степень этого сотрудничества и насколько это повлияет на диалог между курдами и Дамаском, начатый под страхом турецкой операции в середине октября при посредничестве Москвы.

Пока максимум, о чем договорились курды с Дамаском, – о передаче под контроль проправительственных сил нескольких городов и контроле границы. Однако значительная часть нефтеносных районов и иракско-сирийской границы по-прежнему у курдов. Кроме того, только на «силовых соглашениях» договоренности долго не продержатся. Курдам и Дамаску нужно решить слишком много вопросов. В частности, и о курдском самоуправлении, и об интеграции YPG с сирийской армией или отдельном статусе для курдских отрядов. Москва заинтересована в решении этих вопросов, но до сих пор ничего не получалось. Вопрос и в том, как воспримут курды сочинские договоренности и как будут их реализовывать. Нельзя забывать, что курдская администрация обижена отсутствием отдельного представительства на предстоящих переговорах в рамках Конституционного комитета по Сирии. И любая надежда на поддержку из Вашингтона может поменять позицию курдов. Как бы они ни были разочарованы «американским предательством», диалог с США курды не прервали.

По словам Сергея Лаврова, Москва, договариваясь с Анкарой, не «озиралась на США». Однако не учитывать позицию Вашингтона в Москве не могут. Выведя войска из районов на севере Сирии, Дональд Трамп сдержал данные своим избирателям обещания, избежал окончательной ссоры с Турцией и при этом переложил значительную часть ответственности за происходящее на Россию. При этом у США остались рычаги управления ситуацией. То, что Москва не может себе позволить поссориться с Анкарой, опасаясь разрушить тщательно выстраиваемую ею схему политического урегулирования в Сирии, уже о многом говорит. Кроме того, любые схемы не заработают, пока США не признают политический процесс в Сирии и не снимут с этой страны экономические санкции. До этого момента Москве предстоит тяжелая задача – удерживать баланс между Дамаском и Анкарой, быть гарантом на земле между сирийской оппозицией и проправительственными силами и теперь еще и курдами. Слишком большое бремя – фактически то же, что взяли на себя США в Ираке.

следующего автора:
  • Марианна Беленькая