Московский Центр Карнеги
Дмитрий Тренин пишет о необходимости использования Россией «мягкой силы», чтобы посредством постепенных шагов по нормализации отношений вновь завоевать симпатии грузин: в числе прочего можно начать обсуждать варианты урегулирования статуса Абхазии и Южной Осетии. Сергей Маркедонов отвечает: предложенные Дмитрием Трениным варианты не будут востребованы в нынешних условиях.
Москва считалась эксклюзивным регионом, но после отставки Лужкова остался только один такой регион — Чечня. Рамзан Кадыров с его демонстрацией самостоятельности во многом похож на Лужкова. Однако глава Чечни тоже однажды может сойти с политической сцены — и это, похоже, как и в Москве, не приведет к каким-либо чрезвычайным последствиям.
Отставка Лужкова не является личной победой Медведева: на самом деле Путин и его команда хотели избавиться от Лужкова уже много лет, поскольку он не принадлежал к властным кругам, имел собственных сторонников и ресурсы влияния, мог разыграть собственную карту или предать. Путин и Медведев не соперники, они проводят одну и ту же политическую линию.
Грузия и Россия заигрывают с тихоокеанскими микрогосударствами, оказывая им финансовую помощь в обмен на их поддержку в ООН по вопросам Абхазии и Южной Осетии. Но такие республики, как Северная Осетия, Ингушетия и т. д., могут задаться вопросом: «Почему мы тоже, как эти микрогосударства, не можем быть членами ООН?».
Дмитрий Тренин описывает свои впечатления от посещения нескольких причерноморских стран и городов.
Вместо того чтобы рассматривать Южный Кавказ как геополитическую «шахматную доску», крупным державам следует применять комплексный подход по отношению к Южному Кавказу в целом — как к региону, чьи экономические нужды и проблемы в сфере безопасности носят взаимосвязанный характер и поэтому требуют единой региональной политики.
Взрыв во Владикавказе — лишь один из эпизодов латентной гражданской войны в регионе. Чтобы переломить ситуацию, власти должны признать, что на Северном Кавказе действует оппозиция со специфической религиозно-политической идеологией, и вступить с ней в диалог, хотя это трудно и порой опасно.
Задачи, которые стояли перед российско-американской «перезагрузкой», выполнены. Теперь надо думать об углублении сотрудничества. Точками соприкосновения могут быть прежде всего Афганистан и проблема мусульманского мира в целом, а также процесс разоружения. На постсоветском же пространстве многое зависит от поведения других акторов.
Ответ на статью Дмитрия Тренина «Как помириться с Грузией» (в оригинале — «How to Make Peace With Georgia»): мириться с Грузией необходимо, но инициативы Дмитрия Тренина по урегулированию статуса Абхазии и Южной Осетии могут быть востребованы лишь при определенном наборе условий — после 2008 года этих условий уже нет.
Атака боевиков на родовое село Рамзана Кадырова Центорой показала, что кадыровский режим очень уязвим, а федеральная антитеррористическая стратегия на Северном Кавказе в целом ущербна. Кроме того, стало очевидно, что решить социально-экономические проблемы в регионе невозможно без урегулирования политических вопросов (отсутствие доверия к власти, коррупция, неработающие законы).