Московский Центр Карнеги
Всеми своими действиями Сечин показывает: государство — это я. Мои доходы — это гостайна. Бизнес — это гостайна. Семья, недвижимость, плавсредства, особенности быта семьи на плавсредстве — гостайна.
Поэт Геннадий Шпаликов, символ поколения «младших» шестидесятников, заплутал в эпохе, которая исподволь, почти незаметно успела поменять кожу, причем еще задолго до настоящих заморозков в 1968-м.
Путин постепенно превращается в ходе «Прямых линий», «Таврид» и «Открытых уроков» из отца нации в ее дедушку. В основном увлекая молодежь фантастическими рассказами о беспилотниках, полетах на Марс, искусственном интеллекте и пассионарности русского народа.
Факт того, что Путин не торопится объявлять себя кандидатом в президенты, причем делает это вполне демонстративно, показывает, что ему совершенно не нужны избыточные услуги элит. Элитам нужен Путин, а не они нужны Путину в ситуации предвыборной кампании.
Российская политическая жизнь вошла в полосу вялых низких ожиданий на фоне политической апатии и точечных репрессий, изображающих режим как жертву коррупции, причем коррупции скорее либеральной.
Что такое историческая политика, и как государство использует ее в отношениях с обществом? Кого россияне считают героями, и какие исторические болевые точки есть у современной России и соседних государств? Андрей Колесников отвечает на вопросы об особенностях и роли исторической политики в России.
Эммануэль Макрон изменил все в политическом классе Франции — что от него и ждали, но пока не изменил ничего в самой стране. Он парадоксальным образом тут же стал жертвой даже не завышенных ожиданий, а не всегда мотивированного скепсиса.
Массовое сознание, как и политический режим, как и сам президент России, – жертва репрессий. Точнее, представлений о них как о чем-то неизбежным образом брошенном в топку развития страны: «время такое было».
Россия опять, как в советские времена, идет на экономические жертвы ради политической поддержки «братского» режима. Но даже СССР не разбрасывался деньгами так щедро.
Цель исторической политики, при помощи которой власть управляет страной, — консолидация нации на основе государственной версии истории. На деле же эта политика разъединяет нацию, так как невозможно охватить все общество одним типом официальной памяти.