Московский Центр Карнеги
Турки выиграли от того, что их страна присоединилась к организованному противостоянию «Исламскому государству». У Эрдогана теперь в определенном плане развязаны руки для борьбы с курдами. Но решение проблемы «Исламского государства» вследствие действий Турции ближе не станет.
Исламизм — реакция на неустроенность общества, и вообще ислам — изначально религия протеста. Исламисты — не бандиты, а идейные противники, фанатики. С этим бороться трудно. В теории нужно разумными методами предотвращать перерождение мирных исламских диссидентов в террористов, но получается так, что гораздо легче их просто убивать.
Не надо пытаться понять Рамзана Кадырова, применять к нему нашу общую логику и наклеивать оценочные ярлыки: он противоречив, как противоречива сейчас Чечня и происходящие там процессы, и довольно трудно во всем этом объективно разобраться.
Сегодня самая опасная сила среди исламских экстремистов и их главный лидер — это «Исламское государство», в то время как «Аль-Каида» уже сходит со сцены. У ИГ неизбежно будут и другие конкуренты, но его это не погубит.
«Исламское государство» — это наиболее радикальное проявление нынешнего конфликта цивилизаций. Победить его военными способами сейчас невозможно, и договориться с ними тоже очень тяжело.
Чечня — это все-таки мусульманская часть России, которая пережила две войны, и которая де-факто не может не иметь особого статуса. Этим Рамзан Кадыров прекрасно пользуется, применяя ислам как инструмент.
Нельзя сказать, что военная операция в Йемене завершилась для кого-то успешно. Своих целей никто не достиг. Правда, и хуситы, и саудиты считают, что они победили, а когда обе стороны так считают — это рискованно. Так что конфликт в Йемене будет длиться долго, периодически обостряясь и ослабляясь.
Саудовская Аравия начала военную операцию в Йемене против повстанцев-шиитов. Задействованы и другие игроки: Иран, США, «Аль-Каида». Это — гражданская война с религиозной подоплекой; несмотря на усилия Саудовской Аравии, вряд ли стоит ожидать быстрой победы, а возможно, в этом конфликте вообще не будет победителей.
Нынешняя ситуация — это даже не холодная война, это какой-то новый феномен. Потому что когда была холодная война, все совершенно четко знали, что горячей войны не будет. А здесь какие-то намеки, полутона.
В результате присоединения Крыма авторитет российской власти упрочился, но за Крым приходится дорого платить. В самом Крыму люди довольны, что они — часть РФ, но они уже чувствуют экономические, социальные и политические проблемы; также там существует проблема межэтнических отношений.