Московский Центр Карнеги
Демонстрировать призрачность альтернатив – важная мотивация проводить выборы для несменяемой власти. В мире много примеров, когда правящие группы, однако, привыкают к тому, что это рутинная процедура, и пропускают момент, когда призрачными становятся они сами, а не альтернативы
Александр Баунов в эфире Эха Москвы говорит о президентской гонке в России, прогрессивной и плоской шкале налогов, частной и государственной собственности, однопартийности и многопартийности в среде оппозиции.
Перестройка «Единой России» под ее нового руководителя Андрея Турчака вписывается в общую картину дробления вертикали. Партия замыкается на свое руководство, автономизируется и огораживается. До этого такие процессы произошли с Госдумой. А теперь и послушная когда-то «Единая Россия» претендует на самостоятельность, отдельную роль в президентской кампании и свою долю в победе Владимира Путина
России нет смысла нападать на страны Балтии, это не в ее интересах. Для этого нет ни одного рационального, да и иррационального мотива. Мотив, который всегда эксплуатировался российской пропагандой — защита русскоязычного населения в странах Балтии — сейчас совершенной не актуален.
Реальность сегодняшней России нуждается в скоморохе, трикстере, шуте. Для того лишь, чтобы акты государственной важности с их насупленными бровями вдруг обернулись раскрашенной лукавой физиономией арлекина.
Россия, конечно, не Иран, однако пока идет по его пути: в ответ на вызовы времени не старается соответствовать эпохе, а обороняется от этих вызовов, идеологически «фундаментализируется».
Андрей Колесников в эфире Эха Москвы говорит о президентской кампании в России и настрояениях в российском обществе.
Стремление к изменениям, быть может, не слишком четко выражено у россиян. Однако большинство граждан осознают, что без перемен невозможно не то что двигаться вперед, но даже стоять на месте.
«Многие хотят бороться с большевиками, но никто не хочет защищать Керенского», — пишет Гиппиус за несколько дней до штурма Зимнего, обнажая главный морально-психологический механизм революции. Герои книги в разных ситуациях сокрушаются, что надо бы сделать то или другое, но нет никакой возможности защищать, сотрудничать, иметь дело. В результате складывается ситуация вечного запаздывания, знакомая дипломатам по урегулированию международных кризисов, обваливающихся в войну или вечный неразрешенный конфликт
Россия, точнее, ее элиты готовы брать на себя советские грехи, правда, при этом объявляя их великими победами. И все потому, что, в отличие от Германии, постсоветское государство не проделало работу над историческими ошибками.