Московский Центр Карнеги
Любая политизация армянских протестов неизбежно породила бы полемику об основополагающих мифах, а это ни в чьи планы не входило. Совсем иное дело – семь драмов, которые объединяют всех, и власти остается только клясться и каяться за деяния отдельных своих персонажей
Исламизм — реакция на неустроенность общества, и вообще ислам — изначально религия протеста. Исламисты — не бандиты, а идейные противники, фанатики. С этим бороться трудно. В теории нужно разумными методами предотвращать перерождение мирных исламских диссидентов в террористов, но получается так, что гораздо легче их просто убивать.
Не надо пытаться понять Рамзана Кадырова, применять к нему нашу общую логику и наклеивать оценочные ярлыки: он противоречив, как противоречива сейчас Чечня и происходящие там процессы, и довольно трудно во всем этом объективно разобраться.
Живущее в своем отдельном, изолированном мире Панкисское ущелье всегда было для Грузии источником самых сложных проблем. Теперь эта местность выходит в мировые лидеры по количеству боевиков ИГИЛа на душу населения
Единственно верного ответа на вопрос, допустимо ли в России многоженство, нет. В стране проживают люди с разной религией и традициями, и одними лишь запретами данную проблему не решить.
ЕС прав, когда готов учесть пожелания Москвы в своей восточной политике. Но он ошибается, полагая, что обратной стороной этого должно стать ослабление поддержки реформ в странах Восточного партнерства
«Исламское государство» — это наиболее радикальное проявление нынешнего конфликта цивилизаций. Победить его военными способами сейчас невозможно, и договориться с ними тоже очень тяжело.
Чечня — это все-таки мусульманская часть России, которая пережила две войны, и которая де-факто не может не иметь особого статуса. Этим Рамзан Кадыров прекрасно пользуется, применяя ислам как инструмент.
Правление Персидской империи в Закавказье закончилось еще в XIX веке, но современный Иран продолжает считать эти территории отчасти «своими». Поэтому выход страны из изоляции может внести изменения в отношения иранцев с таким близким для них регионом
Кремль еще раз дал понять, что Рамзану доверяют и он остается абсолютным хозяином Чечни. Нынешняя чеченская свадьба подтвердила возможность и даже неизбежность существования в границах России «исламского пространства»