Московский Центр Карнеги
Преувеличение мощи путинской системы со стороны Запада порождает поиски военного ответа этой силе и концептуальный хаос – ясность модели холодной войны заменена на паническую невнятицу посткрымского миропорядка.
Российско-американские отношения могут покинуть опасную зону: Трамп делает упор на национальные интересы, а не глобальные притязания США, а Путин вряд ли санкционирует шаги, способные помешать контактам с новой администрацией
Накануне американских президентских выборов Carnegie.ru попросил трех экспертов из России, США и Европы ответить на вопрос: «Окончателен ли разрыв между Кремлем и Западом?»
После выборов негативная риторика в адрес России уйдет — риторика нужна для избирателей, после выборов все смягчится, они займутся более практическими проблемами, Россия отойдет на второй, если не на третий план, но неприятие останется.
Россия и США уже зашли дальше, чем во время многих кризисов времен «холодной войны». Россия действует на Ближнем Востоке так, как она действует, чтобы дать американцам понять, что Россия не является региональной державой, что она является державой глобальной.
Миролюбивые заявления Путина на Валдайском форуме направлены на международную аудиторию. Сейчас, видимо, и в России и на Западе взят курс на сглаживание противоречий. Плюс – практически предрешённый результат выборов в США заставляет нажать на тормоза и сбавить обороты.
Конфронтация с Западом может быть бесконечным процессом, причем для России она будет более болезненной, чем для Запада.
Резкий разворот России в отношениях с Западом – это превентивная изоляция, попытка изолироваться своими руками.
Не желая настоящей войны, российские элиты играют в нее, делая страшное лицо. Выдвигая условия и предъявляя список своих заведомо не выполнимых другой стороной желаний. Другая сторона впадает в ступор, пытается найти подходы к непредсказуемому партнеру, рассуждает на форумах о неизбежности «сдерживания» России.
Холодная война в нынешнем виде — это функция американских выборов. Другое дело, что никакого жеста с той стороны может не последовать; нас могут просто забыть на этом дне — что ж, будем там лежать.