Московский Центр Карнеги
Период волатильности в экономике Китая еще только предстоит, поскольку все фундаментальные проблемы последние 10 лет никак не решались, потому что была благоприятная внешняя конъюнктура. Когда все начинает расти, структурными реформами никто не хочет заниматься.
Взгляды на перспективы роста в Китае никогда не были такими противоречивыми, как сегодня. По мнению Пекина и оптимистов, которых становится все меньше, в предстоящие пять лет темпы роста в стране будут составлять 6-7% в год. Но закоренелые пессимисты полагают, что грядет спад в 3-4%, а может, и более. Почему возникает такое расхождение во взглядах?
В Китае, где налицо перепроизводство в экономике, слабая валюта может ослабить рост и спровоцировать торговую войну.
Даже беспредметные заявления чиновников о потенциальном размещении китайских заводов на Дальнем Востоке вызывают в российском обществе тревогу и панику. Но анализ китайского опыта по переносу предприятий за последние годы показывает, что масштабного экспорта заводов из КНР в Зауралье ожидать не стоит
Много лет российские тихоокеанские порты и Транссиб были единственной альтернативой морскому маршруту из Азии в Европу через Суэцкий канал. Но создание транспортных коридоров, проходящих через Казахстан, изменило ситуацию. В ближайшие годы вокруг китайской инициативы Шелкового пути может сформироваться новая логистическая карта Евразии. Вопрос в том, найдется ли на этой карте место для России
Скандал вокруг похищенных гонконгских издателей, публиковавших книги об отношениях в китайской верхушке, стал следствием не только растущей нервозности в руководстве КНР, но и ажиотажного спроса со стороны китайского среднего класса на информацию о своих лидерах
Вопреки ожиданиям Запада после кризиса 2008 года Китай не стал настаивать на перестройке существующего миропорядка. Китай хочет лишь большей роли для себя и других развивающихся стран в управлении глобальными процессами, а также защищает принципы суверенитета, но никаких фундаментальных подвижек в подходах Пекина к вопросам глобального управления не произошло
Кредит китайского банка «Газпрому» — это прежде всего экономический шаг, но когда сотрудничают крупный китайский розничный госбанк и крупная, очень близкая к российскому правительству, российскому руководству компания – в этом есть, безусловно, и политический элемент.