Обсуждение – на тот момент предположительного – российского участия в гражданской войне в Сирии в зарубежных СМИ началось задолго до того, как Су-24 совершили первый боевой вылет с авиабазы в Латакии. Началось все с того, что в самом конце августа англоязычная интернет-версия израильской газеты «Едиот ахронот» опубликовала заметку под заголовком «Российские истребители в небе над Сирией». Там со ссылкой на неких неназванных «западных дипломатов» сообщалось, что Россия отправляет в Сирию экспедиционный корпус, цель которого – борьба с ИГИЛом и поддержка терпящего бедствие режима Башара Асада. Парой дней позже с похожим сообщением вышла британская Daily Telegraph – только вместо истребителей там упоминались «российские солдаты, возможно, контрактники», которые сражаются бок о бок с войсками Асада. Ссылка в статье была не на безымянных западных дипломатов, а на такого же безымянного бойца Свободной армии Сирии, который заявил, что «русские здесь уже давно». Кроме того, в статье Telegraph упоминался видеоролик, который предположительно показали по сирийскому национальному телеканалу. На этом видео, если тщательно прислушаться, то с поправкой на ветер можно услышать что-то вроде «еще, еще давай». Похожая заметка вышла и в The Times.

Американские первые лица тогда «выразили беспокойство», а российские все отрицали. Путин, в тот момент находившийся на саммите во Владивостоке, заявил, что говорить об участии России в операциях против ИГИЛа «преждевременно», то же самое за ним повторили и его пресс-секретарь Дмитрий Песков, и министр иностранных дел Сергей Лавров. Но, как мы уже знаем сегодня, подготовка к военной операции в это время уже шла полным ходом, и долго скрывать это уже было невозможно. Если в начале сентября усиленное российское присутствие в Сирии упоминалось только в контексте слухов и анонимных источников, то ближе к середине месяца мировые СМИ начали ссылаться на расследование, проведенное блогерами сайта Bellingcat. На основании данных из открытых источников – блогов, соцсетей, которыми пользуются российские военные и т. д., они заключили, что в Сирию на военно-морскую базу в Тартусе перебрасывается как минимум одна бригада морской пехоты.

Наконец, 14 сентября в американском журнале Foreign Policy вышла статья, в которой вполне однозначно утверждалось, что российские военные готовятся к масштабной операции в Сирии. В подтверждение этого Foreign Policy привели спутниковый снимок базы около Латакии, на котором были видны следы бурной активности – свежезаасфальтированная рулежная дорожка, новые вертолетные площадки, разгрузка многочисленных грузовиков. С этого момента российское участие в сирийской войне считается уже свершившимся фактом.

Цели и мотивы

Но Россия продолжала все упорно отрицать. Российские информационные каналы, направленные на Запад, дали двойной залп: агентство Sputnik (образованное на руинах бывших иноязычных служб РИА «Новости» и расформированного радио «Голос России») заявило, что «западные СМИ дали фальстарт». А телеканал RT, бывший Russia Today, буквально за неделю до первых боевых вылетов выступил еще более бескомпромиссно: «Подобные попытки доказать присутствие российских военнослужащих в Сирии – пропагандистский мусор, типичный для того, что считается журналистикой в Америке». Впрочем, это мало кого убедило, и вопрос «есть ли русские в Сирии» превратился в «что они там делают».

Джеффри Льюис, директор программы по нераспространению ядерного оружия в Азии при Институте Джеймса Мартина (CNS), автор той самой заметки в Foreign Policy со спутниковыми снимками, усомнился, что «Исламское государство» – это вообще цель как для Асада, так и для России. Что касается намерений последней, то тут Льюис построил максимально мрачный прогноз: «Россия ясно дала понять, что она не даст свергнуть Асада. Пусть он и не сможет победить, но Россия не даст ему и проиграть. Поэтому Сирия обречена на бесконечную войну, в которой Асад будет драться до последнего человека».

Одновременно с этим в середине сентября в Guardian вышла статья, в которой со слов бывшего президента Финляндии, дипломата с сорокалетним стажем и лауреата Нобелевской премии мира Мартти Ахтисаари утверждалось следующее. Якобы еще в 2012 году во время встречи с пятью постоянными представителями Совбеза ООН российский посланник Виталий Чуркин отвел Ахтисаари в сторону и предложил ему некий «план из трех пунктов» по мирному разрешению сирийской проблемы. План, со слов Ахтисаари, был простой: 1) не давать оружия оппозиции; 2) наладить диалог между оппозицией и Асадом; 3) подготовить элегантный отход для самого Асада. Многие комментаторы, как левые, так и правые (см., например, колонку в консервативной британской Daily Mail), поспешили высказаться в том духе, что у Запада был шанс разрешить сирийский конфликт мирным путем, но он его упустил, и вот гибнут люди. Впрочем, скоро сам Чуркин опроверг заявление Ахтисаари, заявив, что тот «перебарщивает», а Дмитрий Песков добавил, что Россия «не занимается сменой режимов». Другие напомнили, что вообще-то «план Чуркина» по передаче власти Асадом переходному правительству содержался в предложении Лиги арабских государств, которое было включено в резолюцию ООН, отвергнутую Россией.

Украинский след

Помимо «Россия спасает Асада», есть еще один популярный тезис, развернутый во многих газетных колонках, – параллели между конфликтом на Украине и Сирией. Вот типичный пример в Washington Post: «Есть вероятность, что Путин импровизирует или блефует от отчаяния. Но, возможно, он рассчитывает, что администрация Обамы ответит на его воинственные действия в Сирии так же, как она это сделала в случае с Украиной: согласится с его требованиями и убедит своих арабских союзников поступить точно так же». Известный американский историк Тимоти Снайдер, автор множества книг об истории Восточной Европы, сталинизме и Холокосте, в своей колонке в журнале Time прямо утверждает: Путину нужна передышка на Украине, чтобы перебросить силы специального назначения в Сирию, а военно-морская база в Крыму теперь используется для продвижения проекта «русского мира» дальше на юг.

«Над соглашением между Россией и Украиной нависла тень Сирии» – с таким заголовком выходит статья в Financial Times, где говорится, что, пока Вашингтон отвлекся на российскую операцию в Сирии, европейские лидеры усиливают давление на власти Украины с целью убедить последние ускорить реформы по децентрализации, предусмотренные Минскими соглашениями. «Бомбардировка Сирии – это новый спектакль, особенно необходимый в тот момент, когда война на Украине начала покидать телевизионные экраны, а эйфория по поводу аннексии Крыма – угасать», – пишет журнал Economist в редакционной статье под заголовком «Новые зрелища для масс».
 
В отличие от американских СМИ, выступивших в основном с критикой или недоверием («Следите за тем, что Путин делает, а не за тем, что он говорит», – призывает заголовок в статье журнала The Atlantic), многие главные европейские издания высказались о российской операции в Сирии положительно. В правоцентристской французской газете Le Figaro ее бессменный репортер по Ближнему Востоку и Азии Рено Жирар формулирует это максимально прямолинейно: «Надо помочь россиянам в Сирии». Интересно, что Жирар в своей колонке провел параллель между антигитлеровской коалицией и необходимостью новой такой коалиции притов ИГИЛа за две недели до того, как то же самое сделал Путин в своей речи на Генассамблее ООН. А немецкий журнал Spiegel с самого начала сирийской кампании занял последовательно антиамериканскую (которая в России автоматически считается пророссийской) позицию и регулярно выходит с передовицами типа «Россия положила конец мировому господству США».

Война свидетельств

Сразу после официального начала активной кампании российских войск в Сирии на передний план вышли новые вопросы: «Кого они на самом деле бомбят?» и «Не превратится ли это в прокси-войну между СССР и США?». Многие отметили, что Россия явно стремится повторить успех США в популяризации первой «войны в Заливе», когда для американских телезрителей военные действия на другом конце планеты выглядели как увлекательная компьютерная игра. New York Times сравнила съемку боевых действий в Сирии, сделанную оператором «Вестей» с беспилотника, с «остросюжетным видеоклипом», положенным на бодрую танцевальную музыку. С музыкой, правда, вышла заминка: группа Crystal Method, чей трек сопровождает видеозапись, резко осудила использование своей музыки в таких целях и заявила, что выступает против насилия в любых формах. А сравнение войны с компьютерной игрой некоторые восприняли слишком буквально: в эфире египетского телеканала ведущий вместо официальной съемки Министерства обороны РФ показал кадры из настоящей компьютерной игры.

Видимое несоответствие между заявленными целями России и реальными целями на земле, которые поражают российские бомбардировщики, вызвали новую волну «войны анонимных источников». Сразу же после первых вылетов российских самолетов появились сообщения со ссылкой на Центр мониторинга прав человека в Сирии (Syrian Human Rights Observatory), базирующийся в Великобритании, о том, что в результате бомбардировок гибнут мирные жители, – Россия немедленно отвергла обвинения и запустила новую контратаку силами канала RT и агентства Sputnik, которые принялись на разные лады дискредитировать Центр мониторинга. А 12 октября британская газета Daily Star вызвала целый дипломатический скандал, когда со ссылкой на «высокопоставленные источники в оборонных ведомствах» сообщила, что британским истребителям в случае угрозы со стороны российских отдан приказ стрелять на поражение. Daily Star – это самый желтый из британских таблоидов, но вскоре то же самое сообщение со ссылкой на те же неназванные источники повторила и солидная The Times, после чего российский посол в Лондоне потребовал объяснений от британского военного атташе. В Лондоне, впрочем, все отрицали.

Ближе к концу октября, через месяц после начала российской военной операции в Сирии, тема постепенно покинула заголовки главных мировых изданий. Если в середине месяца New York Times еще выступала с осторожным одобрением сирийской кампании как выставки достижений российского военпрома (новые истребители, новые крылатые ракеты), то вскоре первые полосы главных американских газет прочно заняли будущие президентские выборы и другие кризисы – Афганистан, новая волна насилия в Израиле, беженцы. Если бы не два громких события, случившиеся с перерывом в две недели и непосредственно связанные с сирийской войной – а одно из них с российским участием, – то российская кампания постепенно стала бы одним из фоновых кризисов.

За Париж

Вообще-то пассажирский самолет компании «Когалымавиа», выполнявший чартерный рейс по популярному отпускному маршруту Шарм-эль-Шейх – Санкт-Петербург, потерпел крушение в самом конце октября, а серия терактов в Париже произошла 13 ноября. Но официально причиной катастрофы теракт был признан только 16 ноября, так что и 224 погибших россиянина на борту рейса 7К-9268, и 130 погибших (раненых насчитали больше 350) от пуль и взрывов в Париже фактически одновременно стали жертвами одной и той же войны. С этого момента Россия вновь вернулась на первые полосы крупнейших изданий, уже как обладательница куда более легитимной причины вести операцию, которую в выпусках российских теленовостей стали называть не иначе как «Возмездие» (а в кадре показывать бомбы, на которых написано «За наших!» и «За Париж!»).

Тот же самый журнал Economist, который месяцем ранее язвительно критиковал российские бомбардировки в Сирии как «зрелище для масс», 17 ноября вышел с передовицей «Россия и Запад сближаются после теракта в Париже», проиллюстрированной фотографией горы цветов у посольства Франции в России. Правда, и автор Economist, и Юлия Иоффе (Julia Ioffe) в колонке в Foreign Policy подметили разницу между словами Путина, выступавшего на встрече G20 в Турции с предложением собрать против ИГИЛа коалицию, подобную антигитлеровской, и риторикой российских провластных комментаторов с российских телеканалов и центральных газет, и тут не удержавшихся от привычных антизападных агиток.

«Владимир Путин: за год от изгоя до влиятельного политика», «Конец изоляции России» – примерно с такими заголовками во второй половине ноября выходят многие ведущие западные издания, в том числе традиционно критически настроенные. Россия никогда и не была изолированной, замечает на это обозреватель Forbes Марк Адоманис: это слишком большая и экономически и дипломатически значимая территория, чтобы ее в принципе можно было изолировать. Можно предположить, пишет Адоманис, что на фоне недавних терактов сформируется некая широкая коалиция между Россией и НАТО, которая через год-два приведет к условной и не слишком правдоподобной «победе над ИГИЛом». После чего отношения между Россией и Западом вновь ухудшатся и о России снова начнут говорить, что она «изолирована».

Не пришлось ждать даже года: после короткого всплеска сочувствия, солидарности и осторожной похвалы военным успехам России в Сирии тон заголовков западных СМИ вернулся к недоверчивому. Британская газета The Independent, чей владелец Евгений Лебедев публикует передовицы в другой своей газете, Evening Standard, с призывами к британскому правительству объединиться с Путиным на сирийском фронте, едко отмечает, что, несмотря на близорукие попытки Запада протянуть руку Путину, последний нисколько не изменился и продолжает делать за Башара Асада его грязную работу, бомбя его врагов. А редакционная статья в Washington Post от 18 ноября заявляет прямо в заголовке: «Объединяться с Путиным в Сирии – плохая идея».

Алексей Ковалев – журналист, бывший главный редактор ИноСМИ

следующего автора:
  • Алексей Ковалев