Московский Центр Карнеги
Похоже, США не стали возражать против операции РФ в Сирии и признали, что главная опасность сегодня — ИГ. Если РФ и США согласуют действия в Сирии, то это также поможет урегулированию кризиса на Украине; не исключено, что и санкции будут сворачиваться. Но некоторые аспекты двусторонних отношений всё еще внушают серьезное беспокойство, и в первую очередь это касается ядерной угрозы.
В Йемене проходит один из главных фронтов в гибридной войне Ирана и Саудовской Аравии, обе стороны активно играют на местных конфликтах. Однако новое международное положение Ирана дает шанс превратить Йемен из источника нестабильности в модель для построения нового регионального консенсуса
Около четверти иностранных бойцов ИГ (запрщено в РФ) прибыли из стран бывшего СССР, в том числе из России или через нее. Пока такой массовый отъезд снизил террористическую активность исламистов в России, но перспектива их возвращения внушает серьезные опасения
Одновременно с российской операцией в Сирии талибы пошли в наступление на север Афганистана. С этого плацдарма экстремисты могут начать проникать в Таджикистан, объединиться там с местной исламистской фрондой и устроить герилью, которая затянет Россию и ее союзников в Центральной Азии в новую войну
Короткая военная кампания в Сирии может укрепить президентский рейтинг, но начинали ее явно не для этого. Для большинства россиян сирийская война – далекая и чужая, и поддерживать ее они готовы только в качестве еще одного фронта для противостояния США
Можно уничтожить ИГ, но завтра подобное возникнет где-то еще. ИГ можно противостоять только альтернативной идеей, но их пока нет. Для РФ ситуация с ИГ бесследно пройти не может; в частности, будут возвращаться воевавшие за группировку россияне. Главное — чтобы не было наземной операции в Сирии: в этом случае ответ исламистов будет полномасштабным.
Похоже, Запад прав, и РФ действительно наносит удары по сирийской оппозиции, которая борется против Асада и которую поддерживают Запад и Саудовская Аравия. Россия должна соблюдать определенный такт, не педалировать удары по оппозиции и сосредоточиться на борьбе против ИГИЛ.
Похоже, что удары РФ по Сирии согласованы с США: американцы не могут бомбить тех радикалов, которых поддерживают союзники США (Саудовская Аравия и пр.), а Россия — может. Вследствие этих действий Россия хочет остаться в числе стран, решающих судьбы мира. Кроме того, в отношениях РФ и Запада Украина теперь может уйти в прошлое, а по Ближнему Востоку позиции РФ и Запада более близки.
В ближайшее время российскому руководству придется решать: наши действия в Сирии – это форма дипломатии или реальная попытка разгромить ИГИЛ. В таком случае нужно определяться с формами и масштабами расширения сирийской операции. Нынешних сил для этого явно недостаточно
«Цель» Путина в Сирии — не только ИГ, но и США: Кремль хочет добиться признания Вашингтоном статуса РФ как равнозначного игрока на международной арене. В целом отношения РФ и США остаются конфронтационными, и единственное, о чем стороны могут договориться сейчас, — это избежать столкновения в ходе параллельных действий в Сирии.