Московский Центр Карнеги
Задачей внешней политики РФ должна стать ориентация на взаимодействие со странами, которые являются или могут стать модернизационным ресурсом России. С учетом подобного подхода будет возможно существенно продвинуться в направлении четырех главных целей внешней политики РФ: замирения на западе, стабилизации на юге, укрепления на востоке, интеграции в центре.
Фактор Китая приобретает все большее значение в ядерной стратегии США, и Штаты стремятся укреплять стратегическую стабильность в отношениях с Пекином. Пекин настороженно относится к повышению транспарентности своих ядерных вооружений в отсутствие ответных обязательств США по ограничению военных амбиций, но готов строить отношения с США в этой сфере на основе принципа взаимной уязвимости.
США и Китай могут стать соперниками в Пакистане. Но если США уйдут из региона и придет Китай, исламистам, возможно, будет легче договориться с Китаем, чем с США, и, может быть, это приведет к победе исламского фундаментализма. Россия же не играет главной роли в данном регионе.
Размещать производство в Китае выгодней, удобней и эффективней, чем в России. Главная надежда России — это наши мозги, это возможность генерировать нестандартные идеи и решения. Только так мы можем конкурировать с Китаем.
Самое главное для Афганистана — это обеспечить стабильность в стране, но добиваться этого нужно не военным, а политическим путем, и процесс поиска политических вариантов урегулирования уже начат. Стабильность в Афганистане означает стабильность во всем регионе, а также решение проблемы с поставками наркотиков в РФ.
Сегодня военные усилия США сосредоточены уже не на Ираке, а на Афганистане — это свидетельствует и о значении происходящего в стране, и о насущной необходимости урегулирования афганского конфликта.
Смерть Усамы бен Ладена не повлияет на ситуацию на Северном Кавказе. В регионе существует гигантский разрыв между обществом и элитами, российские законы не работают, исламская идеология здесь все более влиятельна, и ситуация постоянно ухудшается.
Смерть Усамы бен Ладена — это прежде всего политико-идеологический успех США. Однако бен Ладен уже не оказывал решающего влияния на глобальный терроризм и талибов в Афганистане: сейчас терроризм основан на «сетевом» принципе, и ему нужны не лидеры, а символы. В связи с тем, что бен Ладен был обнаружен и убит в Пакистане, обостряется вопрос о том, «на чьей стороне» Пакистан.
Ливийская оппозиция — это разношерстный конгломерат, не сформулировавший ни программы, ни целей, кроме одной: убрать Каддафи. От Каддафи устали в Ливии; кроме того, он потворствовал лишь своим и ущемлял Бенгази. Поэтому события в Египте послужили спусковым крючком для начала восстания. Политика же России по отношению к Ливии была единственно возможной.
Смерть Усамы бен Ладена вряд ли приведет к политическому и концептуальному обрушению исламского экстремизма. Возглавляемая им «Аль-Каида» является сложной конструкцией, которая не может рассыпаться в одночасье. Кроме того, на место бен Ладена выдвинется другой амбициозный лидер. При этом гибель бен Ладена может принести пользу западной коалиции в Афганистане и Хамиду Карзаю.